Как следовало из большой статьи на первой полосе газеты, раненый «фашистскими наймитами» Андрес Нин был успешно доставлен в больницу, и сейчас его жизнь была вне опасности. Однако, пуля, попавшая ему в левое бедро, не только пробила навылет мягкие ткани, но и задела кость, так что с постели он встанет еще нескоро. Раненому же в живот Солано повезло гораздо меньше. То ли его ранение оказалось серьезнее, чем выглядело на первый взгляд, то ли виной была тряска на заднем сиденье автомобиля, мчавшегося по не самым ровным дорогам Барселоны, но, к тому моменту, когда его довезли до больницы, врачам только и оставалось, что констатировать смерть.
В газете также было написано, что стрелковую позицию члены ПОУМ нашли, но ни Шпигельглас, ни Судоплатов, ни Максим с девушками так и не поняли, что из обнаруженного на чердаке привело их к мысли о том, что за покушением стоят именно фашисты? Одежда? Вряд ли, такие комбинезоны носят рабочие по всей Испании. Разве что винтовки были немецкие, но они, опять же, могли оказаться в руках у кого угодно. Впрочем, опровергать выводы ПОУМ никто из сотрудников НКВД не собирался, ищут они фашистов - вот пусть и дальше ищут!
О происходившем же в рядах ПОУМ после покушения было известно по большей части из собранных в городе слухов. Многие из членов партии, послушались призывов активистов и поспешили в свои партийные ячейки, чтобы узнать, как им вести себя в сложившейся ситуации. Однако, секретари партийных ячеек оказались неспособны самостоятельно ответить на этот вопрос и принялись звонить в штаб-квартиру ПОУМ, но и оттуда не поступило никаких внятных указаний.
Вместо того, чтобы предпринимать какие-либо решительные действия, члены центрального комитета принялись увлеченно выяснять, кто же именно подхватит временно выпавшее из рук Андреса Нина знамя? И, разумеется, каждый тянул одеяло в свою сторону. В итоге временно исполняющим обязанности генерального секретаря ПОУМ был выбран сотрудник газеты «La Batalla» Энрик Адроэр, однако, всем было понятно, что это компромиссная фигура.
Не обладая авторитетом Андреса Нина или Хуана Андраде, Адроэр был неспособен сподвигнуть к каким-либо решительным действиям центральный комитет партии, тем более, что у каждого из членов ЦК было свое мнение о том, как следует поступать. В результате Адроэр смог лишь распорядиться о подготовке к обороне ключевых объектов ПОУМ и собрать там большинство партийных активистов.
В зданиях, быстро окруженных баррикадами и ощетинившихся пулеметами, члены партии быстро почувствовали себя в безопасности, после чего принялись обсуждать, что им следует делать дальше. Обсуждения эти регулярно перерастали в жаркие споры, ведь каждый стремился отстоять именно свое особо ценное мнение! При этом вопрос о совместном с анархистами выступлении против Женералитета сам собой отложился на неопределенный срок. Партия, вместе со своими вождями лишившаяся и политической воли, стремительно теряла свои позиции на политической арене Каталонии.
Уже к вечеру пятого мая Барселона сполна ощутила последствия введения чрезвычайного положения. Как и было обещано, в городе был объявлен комендантский час. И, если простые граждане, и так предпочитавшие не покидать своих домов в темное время суток, восприняли его со сдержанным одобрением, то Отряды Контроля поначалу просто не восприняли слова Компаниса всерьез. Привыкшие к тому, что полиция зачастую предпочитает не замечать их «прогулок», они беспечно посчитали, что власти и в этот раз не посмеют их тронуть, а потом сильно удивлялись, видя наставленные на них стволы винтовок и слыша требование сложить оружие.
Сдавались, правда, лишь те, кто был вооружен дубинками и тому подобным холодным оружием, имевшие же при себе пистолеты и винтовки чувствовали себя заметно храбрее и активно сопротивлялись попытками их арестовать. С такими патрули Национальной Республиканской Гвардии не церемонились, без второго слова открывая огонь на поражение. Впрочем, подобных стычек со стрельбой было немного, Отряды Контроля быстро сообразили, что ситуация поменялась, и, шустро прекратив свои «прогулки», разбежались по базам.
- Вот, собственно, и все, что произошло в Барселоне за последние сутки, - закончил Павел Анатольевич. - Вчера вечером гвардейцы с кем-то пару раз пострелялись, а потом - тишина. Теперь вот сидим и ждем дальнейших новостей!
Максим только головой покачал, удивляясь тому, как же много он вчера пропустил. Но, не успел он до конца «переварить» вываленные на него новости, как на него обрушилась еще одна!
