Она слегка нахмурилась, явно удивившись моему вопросу, и чуть склонила голову набок.
— Откуда ты знаешь? — спросила она, её голос был тихим, но в нём звучала нотка удивления.
Я улыбнулся, слегка пожав плечами:
— Это написано у тебя в глазах.
Она отвела взгляд, и я заметил, как её щеки слегка покраснели. Её смущение было таким искренним и чистым, что это только усилило моё желание узнать, что же её тревожит. Её реакция была настолько трогательной, что я на мгновение почувствовал, как моё сердце слегка ускорило ритм. В тот момент я осознал, что её присутствие действительно становилось чем-то важным для меня.
— Ты слишком внимателен, Джинсу-оппа, — сказала она, её голос стал чуть тише. — Если у тебя есть время, я бы хотела кое-что обсудить.
Я кивнул, чувствуя, как любопытство переплетается с волнением.
— Конечно, у меня есть время. Пойдём, найдём место, где можно спокойно поговорить.
Мы направились в кафе неподалёку, то самое, где я встречался с Минсу. В этот момент я чувствовал, как её близость приносит мне удивительное спокойствие. Быть рядом с ней, ощущать её тепло — это было каким-то новым, неожиданным ощущением для меня. Мы выбрали столик у окна, и, заказав кофе, я приготовился слушать.
— У меня проблема, — начала она, и я заметил, как её взгляд на мгновение затуманился, словно она обдумывала, как лучше выразить свои мысли. — Мы разрабатываем стратегию внедрения новой информационной системы, которая будет заниматься учётом сделок и контрактов. Там, в некоторых сегментах, будет подключён искусственный интеллект для обработки данных.
Я сосредоточенно слушал, понимая, что речь идёт о серьёзном проекте. Это был не просто очередной технологический апгрейд, а целая система, способная изменить работу компании. Её голос звучал уверенно, но я почувствовал, что внутри неё было много сомнений и тревоги.
— Это серьёзный проект, — отметил я, кивая. — Это может быть настоящим прорывом.
— Да, но мои коллеги воспринимают это в штыки, — вздохнула она, её плечи чуть опустились, как будто ей было тяжело говорить об этом. — Они боятся новых технологий, считают, что это угрожает их позициям, и что система может заменить их. Я пыталась объяснить, что это не так, что это, наоборот, облегчит их работу, но… никто меня не слушает.
Я почувствовал её отчаяние и попытался найти слова, которые могли бы её поддержать.
— Это всегда тяжело — предлагать нововведения, особенно такие, которые кажутся угрожающими, — сказал я. — Люди часто боятся перемен, потому что они нарушают их привычный уклад.
Её глаза на миг стали мягче, и я почувствовал, как её напряжение немного спало.
— Я знаю, что если это внедрить, то компания выиграет. Но пока что я не могу найти поддержку.
— Давай сделаем так, — предложил я, и на моём лице появилась улыбка. — Завтра после обеда мы сядем и проработаем стратегию вместе. Я помогу тебе сделать так, чтобы эту систему нельзя было игнорировать.
Сухён взглянула на меня с благодарностью, и её глаза засветились новой искоркой.
— Ты правда согласен помочь мне? Это значит так много для меня…
— Конечно, — сказал я, ощущая, как внутри меня поднимается чувство тепла и радости. — Мы справимся. Ты не одна в этом.
Она улыбнулась, и в её глазах появился тот самый свет, который заставлял меня чувствовать, что всё было правильно. Мы ещё немного поговорили о проекте, обсуждая возможные подходы и детали, но в какой-то момент я поймал себя на мысли, что наслаждаюсь её обществом больше, чем ожидал.
После того, как мы сделали заказ, нам принесли традиционные корейские блюда. На столе появились блюда, которые я уже успел полюбить — кимчи, бульгоги, нежные полоски говядины, замаринованные в сладко-солёном соусе, и, конечно же, пибимпап — рис, покрытый смесью овощей, жареного яйца и мясных кусочков, который нужно было перемешать, чтобы все вкусы смешались вместе. Я наблюдал, как Сухён ловко перемешивает свой пибимпап, добавляя острый соус, и чувствовал, как всё это погружает меня в уютную атмосферу традиционной корейской еды.
Мы ели, иногда переглядываясь и улыбаясь друг другу. Было что-то особенное в этих моментах — простота, в которой скрывалось больше, чем просто обед. Вся обстановка вокруг нас, ароматы и вкусы, разговоры в зале — всё это делало наше время вместе почти интимным, как будто мы были в своём маленьком мире.
Когда мы закончили, я заметил, как Сухён посмотрела на меня, её глаза светились теплотой. Я почувствовал, что в этот момент между нами возникло что-то большее, чем просто дружба. Пока мы шли к зданию корпорации, я замечал, как наши взгляды пересекались. Мы оба шли рядом, но казалось, что каждый из нас украдкой искал в глазах другого то, что не решался сказать вслух. Эти взгляды были наполнены нежностью и лёгким ожиданием, словно мы оба понимали, что наше общение обретает другой смысл, но никто не хотел разрушать этот хрупкий момент.
