Ротвейлер, поджав и без того куцый хвост, рванул обратно. По ходу дела он успел обмочить ступени первого пролета тем, что не донёс до улицы. А морозы, как я упоминал, в тот год выдались знатные. Так что «жидкость» на ступеньках сразу обледенела. А я, закончив свои унылые пиротехнические развлечения, об этом даже не подозревал.
Если подытожить — я упал, и довольно-таки болезненно, прямо на пороге.
Повезло, что ротвейлер повторно потащил хозяина во двор. Они-то и отыскали моё тело в бессознательном состоянии. Гай меня облизал, а господин Михалков зачем-то ощупал руки, ноги, живот, карманы и смущённо предложил выпить водочки, поскольку звонить в скорую этой ночью без толку. Проще «народными средствами» лечиться.
Это предложение я благоразумно отклонил. Но позволил себя сопроводить до квартиры. С тех пор с этим соседом я иногда перекидываюсь фразами, а остальных по-прежнему стараюсь избегать.
***
Из поездки в район бывшей усадьбы композитора Глинки я вернулся в приподнятом настроении. Уже размышлял, какой напишу отчет боссу, когда у подъезда дома встретил Сергея Михалкова и его собаку. В очередной раз подивился несоответствию весовых категорий.
Ротвейлер был явно мощнее хозяина. Если в холодное время года тщедушное тело соседа скрывалось под мешковатой одеждой, то сейчас, в футболке и спортивных штанах, он выглядел чуть ли не подростком. Невольно сглотнул и поспешил отвести взгляд от округлостей, что, несмотря на общую худосочность, имелись у парня. Тот, завидев меня, радостно замахал руками и подошел ближе.
— Стив, я вас так и не поблагодарил за жакет для Гая, — начал Михалков.
— Отчего же, вы сказали мне «спасибо», — не понял я сути вопроса.
— Ну, так это не благодарность, а… слова, — промямлил парень.
— И? — поинтересовался я, поскольку не сообразил, о чем это он. От денег я сразу отказался. Мне это «собачье пальто» ничего не стоило. В офис привезли образцы, один из которых я просто взял for testing. Кстати, написал замечание, что указанная длина по спине в пятьдесят сантиметров не соответствует действительности. Гаю wax dog coat был чуть коротковат.
— Так зайдете в гости? — продолжил беседу Михалков и почему-то покраснел.
Интерес к тому, как может выглядеть «благодарность», победил мой здравый смысл. Я согласно кивнул. Не то чтобы действительно надеялся на секс или что-то подобное, но стало любопытно.
— Тогда завтра часов в семь вечера, — засуетился сосед. — А то сегодня у Гая жидкий стул. Не до того.
Про стул я не понял. Впрочем, решил поглядеть на диковинный собачий интерьер чуть позже. Пока у меня по плану было составление отчета по поводу поездки в Смоленск.
На следующий день, как и обещал, зашёл в гости к Михалкову. Между прочим, успел в офисе уточнить, как стоит одеться и что взять с собой, когда русские приглашают к себе. Получил такое огромное число советов, что растерялся. Коллектив у нас в большинстве своем английский. Ехать в филиал и задавать странные вопросы русскому стафу я не захотел. Так что выслушивал пожелания от тех, кто больше всего времени проводит в обществе «аборигенов».
— Мистер Ридли, если это приглашение от соседа, то надевать костюм будет некорректно, — заверяла менеджер Джули.
— Цветы покупать тоже не стоит, к тому же здесь очень крупные букеты, — посоветовал Паул, женатый на русской. — Да и мужчинам не нужно презентовать цветы.
— Принято приходить с алкоголем или едой, — подключилась Зои.
Таким образом, с одеждой, благодаря коллегам, я определился быстро, да и пришёл не с «пустыми руками». Выбрал в соседнем супермаркете два песочных кейка и угощение для Гая.
То, что с презентом я не угадал, понял, когда вошёл в ливин-рум Михалкова. Впрочем, закуска к имеющейся водке была такой разнообразной, что принесенная мной выпечка, вполне возможно, туда впишется.
— Я за все то время, что работаю в этой стране, мало общался с русскими, — поделился я с Сергеем своей проблемой.
— Чего так? — не понял парень, разливая традиционный напиток. — Разговариваешь ты хорошо, даже акцент еле слышен. Ну, давай за знакомство! Будем! — он стукнул своим стаканом о мой бокал. Я понял, что это был тост. Русские, как и итальянцы, любят звенеть посудой.
— Будем? Хорошо, будем… Чиэз! – поддержал я и продолжил пояснения своего одиночества. – Я если не на объекте, то стараюсь вернуться домой в Лидс. В офисе у меня сослуживцы-англичане. Да и в вашей стране мне сложно обзавестись друзьями. Я гей-актив, — зачем-то выдал подробности личной жизни.
— А язык где учил? — скромно потупил взгляд Михалков, игнорируя мой внезапный каминг-аут.
— Бабушка русская, — охотно ответил я. — Но все равно мне порой сложно понять некоторые выражения.
— Да, выражений у нас хватает, – согласно покивал парень, нанизывая на вилку что-то из солений.
— Я в курсе. Некоторые уже понимаю. К примеру: «нифига» — это мало, а «нифига себе» — это может быть много.
Михалков хохотнул.
— Щас я тебя русскому языку поучу, — сообщил он, повторно наполняя посуду.
