«Неудивительно, что они с Робином нашли общий язык. Импульсивная, недальновидная эгоистка и то же самое, только умноженное на десять, да ещё приправленное вагоном истеричности — и вот у этой парочки в руках такое могущество! Если бы они не поссорились, чёрт знает, что стало бы с Англией и вообще со всем миром…»
Тем временем, колдунья принялась объяснять Гаю, как применяются чары восстановления. Тот внимательно её слушал, иногда переспрашивая и уточняя детали.
Йовану хотелось поскорее вытащить его на крышу и снова попробовать вразумить, а если не получится…
«То что? — хмуро спросил он себя. — Разве я могу его заставить? Компромат для шантажа, что ли, поискать…»
Он представил, как с суровым видом стоит перед Гисборном, одетый в дорогой костюм, в гангстерской шляпе, надвинутой на самые брови, и угрожает рассказать всей деревне, что тот любит решать кроссворды.
От мыслей его отвлекли тревожные шаги в коридоре. Марион тотчас обеспокоенно вскинулась и дёрнулась в сторону Гая, намереваясь схватить за руку, но он поспешно отстранился.
— Заклятие укрывает только нас троих, — зашептала нежить. — Открыв дверь, вдова не увидит и не услышит нас, а когда попытается войти без разрешения, может серьёзно пострадать. В любом случае, если колдун следит, её реакция выдаст…
— Йован, выйди ей навстречу и пригласи в комнату, — скомандовал Гай.
Тот хотел было огрызнуться, чтобы Гисборн соизволил подняться и выйти сам, однако времени уже не оставалось — вдова приближалась к двери.
Он выскочил из комнаты, второпях чуть не споткнувшись о Марион, и тут же старушка, чем-то до смерти перепуганная вцепилась в его плечи.
— Скорей, скорей! — вскричала она, тяня Йована за собой.
— Что случилось?
— Энни… Кажется, она…
— Гай, живо сюда! — заорал Йован и бросился к другой спальне, куда вдова увела детей.
Девочка лежала на кровати, глядя в потолок широко распахнутыми глазами. Её лицо было бледным, но по лбу обильно тёк пот. Рядом с ней сидел Оуэн, сжавшись в комок и мелко дрожа. Он не отрывал испуганного взгляда от сестры и даже не обернулся на стук двери.
Йован на мгновение замер в проёме, и в его спину чуть не врезался Гай. Вдова почти неслышно проскользнула внутрь и опустилась рядом с Энни.
— Она умирает… — одними губами прошептала старушка.
Несмотря на то, что слова были произнесены почти беззвучно, Оуэн их услышал.
— Нет! — завопил он, судорожно сжимая тонкое покрывало. — Неправда, она не умрёт! Неправда!
Энни с трудом скосила на него глаза. Несмотря на то, что у неё не было сил даже на незначительные движения, её лицо приобрело недовольное выражение.
— Хватит… визжать… — еле выдохнула она.
Йован осторожно присел рядом и взял девочку за руку. Ладонь оказалась такой холодной, что он вздрогнул.
— Ничего не понимаю… Ещё час назад всё было нормально!
Гай потянулся через него, чтобы пощупать лоб Энни. Между его бровями появились складки, которые становились всё глубже по мере того, как он прислушивался к тяжёлому дыханию девочки и проверял её пульс.
— Похоже, осталось совсем недолго, — тихо проговорил он.
Старушка закрыла лицо руками, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не зарыдать.
В просторной комнате с большими щелями в окнах, из которых сквозило ночным холодом, стало как будто душно. Стекающие по вискам Энни капли пота и её истончившаяся побелевшая кожа создавали впечатление, будто это не человек, а снежная скульптура медленно тает, безучастно глядя перед собой ледяными глазами.
— Гай! — в панике прошептал Йован, хватая того за плечо. — Если сейчас же создадим золото, то, может быть, успеем её спасти!
Взгляд Гисборна в смятении метался, а губы начали подрагивать.
— Нет, подожди… — пробормотал он. — Нужен другой выход… Я могу дать ей своё сердце…
— Это уже не поможет! — воскликнула вдова, резко отнимая ладони от покрасневшего лица. — Умирающее тело не выдержит такого, её сердце остановится раньше!
Она вскочила, позабыв о клюке и едва не упав на пол, и почти рухнула на руки Гая.
— Умоляю тебя! — закричала она, цепляясь трясущимися пальцами за его одежду. — Умоляю, прикажи Марион провести ритуал!
— Гай, чёрт тебя дери, ты ещё сомневаешься?! — яростно прорычал Йован. — Если сейчас же не сделаешь это, я… Да я… Я убью тебя, перестреляю нахрен всю деревню, а потом и себе пущу пулю в лоб, слышишь, трусливая ты скотина?!
Гисборн оттолкнул его с такой силой, что он отлетел бы на метр, если бы не кровать. Вдова испуганно взвизгнула, но так и не выпустила воротник, на котором повисла почти всем весом.
— Хорошо! Я прикажу ей! — рявкнул Гай, бесцеремонно отрывая от себя руки старушки. Та упала на колени, не в силах устоять на ногах, и заплакала, громко и отчаянно.
Испуганный Оуэн тоже разревелся в голос, уткнувшись лбом в колени. Рука Энни слабо дёрнулась, но у девочки не было сил даже взять брата за руку. Она могла только смотреть на него полными слёз глазами.
