— Сзади обошли! — тоскливо заорал кто-то в стороне, когда две толпы плотно увязли в беспорядочной свалке.
И впрямь, в тысяче шагов от этого места на охрану обоза налетел какой-то отряд, с ходу заколов целый десяток каких-то локров, охранявших награбленное добро. На крики и шум побежали воины с других концов немалого лагеря, и вскоре там закипело настоящее сражение. Даже у царского шатра, где сидела Электра со своей служанкой, осталось всего двое копьеносцев. Остальные побежали на помощь.
И тут Феано, которая совсем позабыла про свою стражу, вглядываясь в битву, услышала утробный хруст кости и вопль.
— Главк! Да убей тебя молния! Опять?
Она повернулась и увидела, как старый ее знакомец, еще по родному Лесбосу, вытирает лицо, заляпанное кровью, и при этом подошвой легионной калиги душит одного из ее охранников. Второй валялся рядом, а его голова… Феано даже затошнило немного, когда она увидела то, что от нее осталось. Рядом с телом стоял квадратный коротышка Главк, которого она тоже помнила прекрасно, и улыбался, как ребенок. Измаранную булаву, казавшуюся игрушкой в его лапище, он вытирал пучком соломы, тщательно проходя места между жутковатого вида шипами. Он делал это с немалой сноровкой, видимо, далеко не в первый раз. Два десятка крепких парней, обступивших тележку, хохотали в голос, потешаясь над своим вожаком, который багровел на глазах.
— Чего ржете, бездельники! — заорал он. — Осла запрячь! Добро, которое поближе, прибрать. Нам еще из лагеря уйти надо.
— Вас государь за мной прислал? — почти спокойно спросила Феано, взгляд которой прилип к размозженной голове стражника.
— А кто же еще! — весело оскалился Тимофей. — Я все думал, как подобраться к тебе, а тут царевич Орест позвал охочих людей, чтобы на Микены пойти. Вот мы с его армией и идем. Мы уже две недели за тобой приглядываем. Теперь надо уходить, госпожа. Мои ребята пока их отвлекают, но к нам скоро прибегут.
— Я не могу, — замотала головой Феано. — У меня тут еще одно дело осталось.
— Проклятье! — ругнулся Тимофей. — Не ко времени. Важное хоть?
— Да, — кивнула девушка.
— Клятва?
— Да, — снова ответила она.
— Парни! — Тимофей. — Уйти по-тихому не получается. Идем за госпожой. Всех, кого встретим, убить! Делаем дело, а потом бежим отсюда со всех ног.
Феано молча повернулась и зашагала к полотняному шатру Электры. В груди ее разгоралось пламя такой ненависти, которой она за собой даже не подозревала. Не было чувства сильнее в ее жизни. Оно оказалось острым, как лезвие ножа, что украла эта лживая тварь.
— Стражу убить! Шатер окружить! — коротко бросила она, и копьеносцы умерли в мгновение ока. Где им справиться с толпой наемников.
— Дай! — протянула она руку в сторону Главка, и тот вложил в ее ладонь теплую бронзовую рукоять, аккуратно надев кожаную петлю на тонкое женское запястье. Он даже слова не сказал, хмыкнул только недоверчиво.
Полумрак шатра, где свет лился через приподнятый полог, не мог спрятать Электру, которая стояла, выставив перед собой ее собственный, Феано, кинжал. Царевне не убежать, она уже все поняла, когда ее служанка вскрикнула и упала бездыханная. Бледное лицо, добела сжатые губы и огонь ненависти в глазах. Такой увидела Феано свою бывшую хозяйку. Впрочем, она даже разговаривать с ней не стала. Феано подняла двумя руками тяжеленную булаву и обрушила на нее удар, в который вложила весь свой пережитый страх и всю злобу, что копилась долгие месяцы. У нее не вышло убить, она ведь не воин. Электра закрылась ладонями и теперь выла от боли, упав на пол. Правая рука ее повисла как плеть, сломанная, словно тонкая веточка.
— Это мой кинжал, — дрожащим голосом пояснила Феано удивленно скалящимся воинам. — Мне сама богиня дала его, чтобы я месть свершила. Мне без него никак нельзя дальше идти.
— Ты сдохнешь, — прорыдала Электра, баюкая размозженную руку. — Орест убьет тебя! Убьет!
— Кстати! — вспомнила вдруг Феано. — А почему раньше не убил? Зачем таскали меня по всей Ахайе?
— Ты умрешь на могиле моей сестры, — злобно оскалилась царевна. — Тебя принесут в жертву, чтобы порадовать ее тень. Это ведь ты убила ее!
— Твой отец ее убил, — покачала головой Феано. — И, между прочим, он был порядочной скотиной. Спроси у своей матери, если мне не веришь.
— Глаза тебе выцарапаю! — завизжала Электра и попыталась встать.
Феано вновь подняла булаву и опустила ее на светловолосую девичью головку. Опустила раз, потом второй, потом третий.
— А ты злая! — с немалым уважением посмотрел на нее Тимофей, когда девушка передала окровавленную булаву хозяину.
— Я не злая, — покачала головой Феано. — Но я устала бояться. Понимаешь? Я долгие месяцы ждала смерти. Каждое мгновение ждала! Я чуть не рехнулась от страха.
— Понятно, — тактично сказал Тимофей, но сочувствия в его голосе не ощущалось и капли. — Нелегко тебе пришлось, госпожа. Теперь, когда ты свой ножик нашла, мы можем уйти?
