Начальник Белорусского штаба партизанского движения П. Калинин (НАРБ. Ф. 1450. Оп. 1. Д. 14. Л. 75-76. Заверенная копия)
Наши похождения под Брестом не остались незамеченными врагом. Да и трудно это было бы сделать - Брестский жд. узел как минимум выведен из строя на месяц, пять из шести авиаплощадок и аэродромов уничтожены, гарнизон разгромлен, значительное количество военнопленных освобождено. Но вот реакция немецкого командования на все это удивила и озадачила.
Противник не стал восстанавливать разгромленные аэродромы. Прочесываний территории (к которым мы так усиленно готовились) тоже устраивать не стал, а стянул свои мелкие гарнизоны к авто и железным дорогам, чем усилил их охрану. Вдобавок к этому все вражеские эшелоны теперь ходили с прицепленными впереди и в середине вагонами с нашими военнопленными. Немцы их так и катали от Бреста до Барановичей и обратно. На конечных станциях тела умерших от ран, жажды и голода военнопленных выбрасывали из вагонов, а на их место пригоняли новых парней из концлагерей.
Помочь ребятам мы ничем не могли. Подходы к дорогам были хорошо прикрыты постами и пулеметными дзотами, а по железке постоянно курсировали вооруженные крупнокалиберными пулеметами и минометами мотодрезины. Кроме того немцы усиленно минировали подходы к железной дороге. Без серьезной подготовке к ней было не прорваться.
Да и сил, честно говоря, для проведения очередных диверсий было мало. Дорога к Бресту и штурм города нам слишком дорого обошелся. Целыми всего десяток человек и остался. Остальные в бинтах красовались. Весь запас на это ушел. Поэтому я и решил пока воздержаться от активных действий, дав парням прийти в себя.
Была и еще одна причина вести себя тихо. Активизировались полеты авиаразведчиков врага. Они и до этого часто летали, а тут просто висели над головой. Если бы не "польская" база точно бы влипли.
Если под Брестом было относительно тихо, то на Пинском направлении было "жарко". Уцепившись за хвост уходящих в леса и болота колонны партизан и бывших военнопленных, немцы подтянули туда свои резервы и попытались взять наших в кольцо. Не получилось. Партизаны их не только остановили, но и, маневрируя, нанесли несколько мощных ударов по врагу. Отбросив противника на всех участках. Практически повторилась ситуация июня-июля 1941 года. Когда остатки одной стрелковой дивизии РККА привязали к себе армейский корпус вермахта. Немцы нервничали и вымещали свою злобу на местном населении, уничтожая целые деревни и села.
В этих условиях из штаба партизанских отрядов Брестской области мне поступил приказ "об организации сводной маневренной боевой группы для защиты населения от немецких оккупантов" (НАРБ. Ф. 1450. Оп. 4. Д. 365. Л. 53.). Все это было конечно хорошо и правильно. Вот только выполнить его я не мог по вышеназванным причинам. О чем я и сообщил руководству. Совсем отказываться от борьбы, конечно, не стали, вели разведку, отслеживая деятельность врага, возведение им новых укреплений и ремонт старых.
Все местное население было выгнано на работы. Кроме того под Брест были доставлены инженерные части из Словакии и Польши. По всему выходило, что противник готовится тут основательно задержать наше будущее наступление. Один из захваченных нами немецких инженеров подтвердил это.
Совсем неожиданным для меня стал вызов в штаб фронта. Даже самолет за мной прислали.
* * * * *
- Что Владимир Николаевич удивлен своим вызовом?
- Откровенно говоря, да. Я со своими ребятами на Польшу нацеливался.
- Это хорошо, что о будущем думаешь. У тебя какие потери?
- С учетом тех, кого я к себе присоединил под Брестом, сейчас в моем распоряжении триста двадцать человек. Большинство из них ранено, но недельки через две, если вы подбросите боеприпасы и медикаменты, мы можем начать задуманное.
- Ясно... Ты, наверное, хотел бы узнать как остальные твои ребята?
- Да. Особенно тех, кто ушел с Григорьевым.
- Ну, о тех, кто был эвакуирован из Беловежской пущи, ты догадываешься - их отправили на лечение. Часть лечится в наших госпиталях, часть направили в тыл. Под Полоцком немцы разбомбили военно-санитарный поезд. Еще один поезд был уничтожен у станции Сорочино. Среди погибших были и твои ребята.
Об остальных подразделениях - тех, кто оставался в пуще и ушли с Григорьевым. Сведений практически нет. Знаем, что они продолжают сражаться. И это на сегодня все.
Выброшенные в районе Августовских лесов разведгруппы на связь с Григорьевым так и не вышли. Две из трех групп радистов уничтожены немцами. Известно, что как минимум одна из них была выдана немцам поляками из Армии Крайова.
Партизанские отряды туда тоже прорваться пока не смогли. Немцы слишком плотно окружили район действия группы Григорьева.
Так что, подводя итоги, могу сказать, что на сегодняшний момент оказать помощь твоим батальонам мы не можем. Будем надеяться, что кому-то из твоих ребят удастся выйти к партизанам или продержаться до начала нашего наступления. Тогда немцам придется ослабить давление на ребят Григорьева.
