– Ну, друг мой милый, прощевай.
И обняла, и трижды поцеловала.
В дверь опять постучали.
– Ну заходи, заходи.
Вошёл Потёмкин, зыркая на меня кривым глазом. В левой руке башмачки.
– Натоплена спаленка?
– Матушка.
Он опустился перед Екатериной на колени.
Она, слегка приподняв ножку, и вытянув носок, подмигнула мне: смотри мол.
Согревая её ножки в ладонях, Светлейший надевал черевички.
– Натоплена, Матушка.
– Проводи гостя, Гриша. Да будь вежлив: он друг мой.
Депутацию запорожцев я нагнал уже на улице.
Рассевшись в бричке, они ждали меня.
– Езжайте, братцы. Мы с Вакулой по Невскому прогуляемся. Уж больно чуден стольный град Петра Великого.
– Ну, бывайте хлопцы.
Запорожцы уехали.
Вакула сунул руку в карман тулупа.
Чёрт выскочил, как чёрт из табакерки.
– Крестик.
Вакула извлёк из-под жупана крестик.
