Киран. Дочь воина [СИ] полностью

Тот застыл, посмотрел на меня, потом на Ара.

— Пожать полагается, — с усмешкой сказал Араван.

— Женщина, ты совсем не ведаешь традиций Иристана, — удивленно произнес Киаф и сел рядом, но на полметра дальше от меня, чем Ар.

— Мне можно, ему нельзя, — пояснил мой зеленоглазый братик.

— Почему?

— Я не должен приближаться к тебе ближе, чем на расстояние двух шагов, — пояснил мой черноглазый братик.

Я задумалась, опять подхватила тарелку со ступеней, и придвинулась ближе к Киафу. На его удивленный взгляд ответила:

— Мне можно, я не воин. И вообще, втроем веселее.

Араван тоже сел рядом, и теперь мы все умещались на ступеньке, как на скамейке, я раздала братикам по колбаске, предпоследнюю забрала себе, последнюю отдала Икасику, который сидел сзади меня и уместил свою головенцию на моем плече. А дальше самое интересное:

Я запнулась, подбирая рифму. Навалят, что ли?

— Отомстят! — поддержал меня Ар.

— Супер!

И я начала весело скандировать сие четверостишие:

Эх, выпить бы сейчас. А братья смотрят на меня, Ар посмеивается, Киаф явно в шоке.

— Давай, — говорю черноглазому, — это весело!

Тот только удивленно смотрит на меня.

И тут взметнулись искры. Я не сразу поняла что происходит, а потом увидела — сражались папандр и Нрого. Сражались красиво, прямо на границе огня, но так быстро двигались, что пламя не успевало охватить их. Несколько секунд я решала за кого болеть, потом определилась:

— Нрого! Нрого! Нрого! — заорала я, подскочив.

— Ты же наш клан поддерживала, — обиженно напомнил Киаф.

— Клан — да, папика — нет. Нехрен было меня продавать. — И я снова заорала, — Нрого! Нрого!

Нрого!

— Так не честно, — шипел черноглазый брат.

— А ты папку поддерживай. Нужно вскочить и орать не своим голосом «Агарн», — предложила я. И снова завела свою песенку. — Нрого! Нрого! Нрого! Бей его!

Брательник не выдержал, подскочил и во всю свою могучую глотку как заорет:

— Агарн! Агарн! Агарн! Агарн! Агарн!

В общем, мне на его фоне и вопить было нечего. Он меня не только на полторы головы выше, но еще и орет не в пример громче. Эх, где мой громкоговоритель?! Но мы врагам не сдаемся:

— Нрого! Нрого! Нрого! — орала я, задом поднимаясь на пару ступенек, чтобы хоть с братом сравняться.

И мой крик был услышан! МакДрагары, кто поднимаясь с пола, а кто просто перестав мутузить соседа, заорали подстраиваясь под мой ритм:

— НРОГО! НРОГО! НРОГО!

Брательники, от момента начала воплей Киафа помалкивающие, сейчас осознали, что вражины орут громче и понеслось:

— АГАРН! АГАРН! АГАРН!

Я наслаждалась! Дирижировала руками, сама орала то «Нрого», то «Агарн» и просто блаженствовала. В какой-то момент меч папашки просвитсел в миллиметре от Нрого и все застыли, и даже замолкли, но только не я:

— Напряженнейший момент схватки двух величайших воинов современности! И кто победит?!

Чей клинок окажется острее, а рука не дрогнет?! Господа, поддержите вашего кандидата вашим голосом. Итак, кто за Нрого?

МакДрагары разом заорали «НРОГО».

— А кто за нашего уважаемого хассара?

«АГАРН! Агарн! Агарн!».

— А теперь все вместе!

Под наши дикие вопли два воина вновь скрестили мечи. От столкновения стали сыпались искры, напряжение было невероятное, все неистово вопили, стены тряслись, уже никто ни с кем не дрался и все следили за величайшим сражением. И вот когда я уже была готова начать внедрять свой новый бизнес, то есть тотализатор, в массы одна дрянь все испортила!

— Что здесь происходит? — раздался негромкий, невероятно спокойный и в то же время угрожающе злой голос.

И вот сказала же не громко, а все услышали. Воины тут же умолкли, папашка и Нрого неуловимым движением спрятали мечи, я села, от досады по поводу того, что не удалось денег срубить на волне всеобщего азарта. В общем, на появившуюся эйтну с золотым поясом я смотрела со смесью досады и раздражения. Вот же падла черномотанная!

— Исчезни немедленно, — прошептал Ар, прикрывая меня от эйтны.

Но она, к счастью, на меня и не смотрела.

— Зверя бери с собой, — прошептал Киаф, становясь ближе к Аравану, то есть, тоже прикрывая меня не хилым своим телом.

И как-то так они это сказали, что я даже не была против, и сняв туфли, поползла к двери. Туфли, правда, мешали, ибо держать их приходилось в руках. Решила оставить. Икас, радость моя, осторожно подхватил зубами за каблуки и мы бесшумно ретировались. Прикрывая дверь за собой, взглянула на эйтну — она нашего отхода не заметила, потому как играла в гляделки с обоими вождями.

Оказавшись в коридоре, я некоторое время задумчиво стояла, так как дорогу назад совсем не помнила. Зверь стоял рядом и смотрел на меня.

— Нам бы вернуться, — прошептала я.

Икас вильнул хвостом и пошел вперед. Я за ним. Через минут семь мы были в моих покоях — обожаю шерстюсика!