— Да, в общем-то, ты прав, капитан. Чёрт, вот снова никак не привыкну, что вы — взрослые мужики. «Онижедети», надо же. Это вот вы — «онижедети» в чистом виде! Хорошо, в общем-то, Максим, твои слова как раз в тему. Принято решение набирать в нашу контору детей, подобных вам. Будем готовить агентов для наших управлений, ведь в будущем нам придётся бороться с террористами, которые будут брать в заложники в том числе и детей. Мы, конечно, постараемся, зная ваше будущее, не допустить всего того безобразия — Нагорный Карабах, Чечня и так далее. Но кадры наши начнём готовить уже сейчас. На всякий случай. Не торопясь, отработаем методику, систему обучения. Ну и, операция эта, которую Филипп Денисович с подачи Генерального предложил назвать «Пятнадцатилетние капитаны», должна будет поднять престиж органов и сменить уже порядком истасканные и отработавшие своё старые символы — пионеров и комсомольцев. Тот же комсомол превратился в такой же закостенелый и бюрократический формализм, каким стала наша коммунистическая партия. Вернее, которым была. Партия сегодня обновляется, пора и пионерам с комсомольцами перестраиваться.
— Извините, товарищ подполковник, — подал голос Уткин. — Это вы на «Силу через радость» намекаете? Так можно и до «Гитлерюгенд» дойти…
Шардин резко обернулся, подошел к столу заседаний, за которым сидели Уткин и Зверев, отодвинул один из стульев и сел рядом.
— Kraft durch Freude — это вовсе не «Гитлерюгенд», — задумчиво проговорил он. — Вот комсомол и пионеры — это гораздо ближе. «Сила через радость» — это тоже политическая организация, но, хотя и через идеологию, всё же это была организация досуга. Причём, в первую очередь, досуга рабочих и служащих. Это была скорее туристическая компания, которая прославилась тем, что организовала круизы для немецких рабочих. Стоимость билетов для них на комфортабельных кораблях круизного флота была втрое ниже, чем в других странах. Около 20 млн человек — это почти четверть населения страны — воспользовались услугами этой программы для отдыха. Ну и культурные мероприятия, образование, спорт — всё это было в этой организации. Там были даже отделы улучшения рабочего места, отдел самопомощи и обустройства быта. Я уже не говорю про отдел образования. Так что, Виктор, ты не прав. Не всё у нацистской Германии было прямо такое уж ужасное. Иначе фашисты не пришли бы к власти вполне легальным путём. Они немецкий народ качественно оболванили, за несколько лет вбили в голову и расовую теорию превосходства немцев, и любовь к Родине, и трудолюбие, и престижность образования — все смешали в кучу. Потому так долго потом пришлось выбивать из немцев все эти фашистские бредни. Ведь там праведное соседствовало с грешным. Впрочем, у нас тоже в 30-е годы много всякой гадости было… и раскулачивание это, и борьба с вредителями…
Шардин помолчал, потом взял себя обеими руками за голову и потер ладонями виски. Затем продолжил.
— Ладно, в общем, ты прав, Максим, надо уже сейчас браться за воспитание подрастающего поколения. Я помню твои стихи, которые ты тогда в своей школе читал…
Шардин закрыл глаза и стал читать:
