Когда вышли из подвала, я немного обомлела от количества оборотней в форме, которыми командовал тот мужчина, что подошел ко мне, обещая вырубить.
– Это…
– Дмитрий. Мой средний брат. Он командир спецгрупп. Не переживай, его люди настоящие профессионалы, – отчеканил Кирилл, двигаясь к воротам.
У машины стоял Кагоров. Ждал нас, открыв дверь салона. Втянула воздух и поняла, что Салита внутри спит.
– Можно ко мне домой, там много места, – начал он, так и не взглянув на меня.
Чувствовала себя неудобно. Нужно было с ним объясниться. Но не сейчас.
– Нет. Мы… к себе.
Не смогла пройти мимо.
– Ирина… Она… – не знала, как начать разговор про его сестру. Выжить она точно не могла. Я не слышала сердцебиения женщины, когда выходила из постройки.
Андрей кивнул и произнес:
– В последнее время она вела себя странно. Я понимал, что что-то не так, но отмахивался, полностью погружаясь в работу.
– Мне жаль… – тихо проговорила, зная, что ему больно. Ирина с малых лет заботилась о нем. – Если бы могла…
– Нет, не могла, – произнес он и, наконец, посмотрел на меня. В его глазах видела обиду, осознание и надежду. – Как ты?
Растерялась. Не ожидала, что будет волноваться. И ведь его сестра пострадала из-за меня.
– Все нормально, – успокоила его, слыша по шороху, что Кирилл усадил Лию в салон.
Не удержалась и заглянула внутрь, наблюдая, с какой нежностью Лия обнимает спящую Салиту. Удивление и радость видела на ее лице.
– Я хотел бы завтра приехать. Можно? Поговорить…
Кивнула Андрею и, повинуясь инстинкту, обнялась, с тяжелым сердцем выдыхая:
– Соболезную. Мне очень жаль, что так произошло.
– Спасибо, Фари, – выдал Кагоров, обнимая, тут же отпуская, когда Кирилл открыл пассажирскую дверь внедорожника, давая понять, что можно отправляться.
Выдавила улыбку, молчаливо прощаясь с Кагоровым, и быстро села в кресло. Проверила сестер и с облегчением выдохнула. Мы вместе.
На улице Кирилл разговаривал с Кагоровым. Я не слышала. Царев блокировал голоса, создавая щит, что умели делать сильнейшие оборотни – следары. Но точно могла понять одно – разговор не из приятных.
Через две минуты оборотень был на месте и мы выезжали из этого проклятого места. Все закончилось. Но в груди было тревожно. Хотелось верить, что это реакция после пережитого ужаса, но я четко понимала, что все не так.
* * *
Стояла у раковины, споласкивая последнюю тарелку. Вроде закончила с уборкой. Теперь можно было отдохнуть. Сестры спали. Улыбнулась, радуясь, что они рядом, спокойно отдыхали. Лия легла недавно. После горячего душа, где она пробыла целый час, она упала в мои руки и расплакалась. Ей столько пришлось пережить. Только сестра не могла нормально говорить. Бессвязно причитала, завывала, хватая меня за плечи, переживая, что это всего лишь сон. После того как накормила ее, уложила спать. Салита так и не поднималась. И это пугало. Но после работы белой триады я верила, что все будет нормально. Нужно время.
Очень хотелось, чтобы моя триада проснулась. Я верила, что смогу помочь, если вдруг недостаточно лечения Рисы. Хотя не верилось… Она действовала очень быстро, не сомневаясь в своих действиях.
– Завтра приедет Риса и осмотрит твоих сестер.
Кирилл. Когда он вошел? Быстро развернулась, всматриваясь в его суровое лицо. Взгляд замораживал.
– Спасибо, – сказала и облизнула губы, ощущая вину. – Ты голоден. Я приготовила….
– Ничего не хочешь мне сказать? – вопрос прозвучал с металлическими нотками.
Вот и пришло время разговора. Я все ждала, когда оно наступит. Но Кирилл оставил меня с сестрами и только сейчас пришел.
– Я и ты…
– Истинная пара, – сухо произнес он, складывая руки на груди.
– Истинная пара между следаром и триадой, – поправила его.
– Думаешь, это столь незначимо? – слишком спокойно произнес он и, оттолкнувшись от проема, направился ко мне.
В груди все взбунтовалось. Забыла, как дышать.
– Понимаешь, – было тяжело, но я хотела объяснить, – я видела в тебе хищника, который был угрозой для моей семьи. А потом… увидела тебя там… в доме: ты стоял над кровавым телом Алекса, а в руках держал нож.
Кирилл остановился. На мгновение в его глазах вспыхнул огонь ярости, который через секунду сменился безразличием.
– Действительно, там в лесу… я почувствовал что-то сильное, но ты… уничтожила все воспоминания, чувства во мне. Белая триада… постаралась.
– Я думала…
– Я показался тебе таким жестоким, безжалостным, уничтожающим без причины и следствия? – он повел головой, грозно двигая челюстью. Втянул ноздрями воздух и грубо произнес: – Что ты видела? Каким подонком меня считала?
Даже не успела понять, как оказалась в захвате его рук. Мужчина прижал к шкафу и повел горячими ладонями по бедрам.
Ток пошел по телу. Я не могла блокировать свои чувства.
Ничего не могла.
Триада лишь могла помочь, но она спала. И Царев этим воспользовался, чтобы показать, что мы не просто следар и триада, а истинная пара.
Не смогла сдержать стон, когда Кирилл приподнял и усадил на столешницу, вбиваясь пахом между ног. Он бедрами подался вперед, предоставляя возможность в полной мере ощутить его возбуждение.
