— Выпендрёжник, — произнёс Каракура, заворачивая в лес. — Строишь из себя сильного во время боя, а после боя, когда остаются только свои, становишься слабым придурком.
Ух! Это было тяжело. Клинок надо менять, а то ещё один такой бой и он сломается. Не думал, что на миссии встречу столько сильных противников. Убрав труп с помощью чакры под землю, предварительно собрав образцы тканей костного мозга, я присоединился к поляне, накрытой Каракурой и Аоки. Вика, ленивая тварь, просто стояла в сторонке с умным видом, изображая из себя мисс вселенную, слегка приподняв и подставив под ветер своё красивое без изъянов бледное лицо. Похожа на Кагую, только без красных точек, обводок под глазами, и цвет глаз другой, не серый, а алый, как шаринган, даже немного светится в темноте.
— Какое у тебя глупое выражение лица, — сказал я, когда подошёл к ней. — Это ты пыталась изобразить высокие думы о вечном?
— Да, — кивнула она, взглянув, как Каракура помешивает наше варево в котелке. — О, готово, — и променяв общение со мной на еду, отправилась к Каракуре.
Мои мышцы к вечеру заныли болью, руки подрагивали от боли, я не мог нормально даже палочки держать для еды. Бой не прошёл для меня бесследно, после того, как Каракура покормил меня с палочек, я тут же отправился спать, восстанавливая силы и оставив дежурство на свою команду. Утром боль прошла, я был бодр, свеж и полон сил. Мы позавтракав и сделав свои дела, отправились в путь, и к обеду наткнулись на ещё одного самурая. Это был огромный мускулистый старый мужик с волчьим взглядом золотых глаз, с седыми длинными волосами завязанными в хвост на затылке. Алые доспехи из дерева, шлема не было, клинок имел белую дорогую рукоять. Рядом с ним стоял маленький пацан, тоже с клинком, который с превосходством смотрел на меня.
— Мой ученик, почему ты смотришь на того ниндзя в соломенной шляпе с превосходством? — спросил самурай.
— Этот неудачник неправильно держит клинок! Да и вообще, стоит в полностью открытой стойке как новичок! — ответил пацан.
— Ты не прав мой ученик, — ответил самурай.
— Чего? — удивился его ученик.
— Запомни его, мой ученик, это грандмастер, нет, мечник, которого ты видишь, он даже сильнее меня, он бог, — сказал самурай. — Когда увидишь такого ниндзя, беги без промедления и оглядывания. Он не воин в привычном тебе понимании.
— Что? — удивился ученик. — Не воин?
— Он убийца. А теперь беги и поскорее! Быстрее! Я не могу не сдержать своё слово и не попытаться остановить их! Беги!
— Бежать? — удивился ученик.
— А ты тормоз, — сказал я, появлясь в шуншине за спиной ученика и атакуя его сердце.
— Дзинь, — мой клинок был отбит в сторону атакой самурая.
— Я с трудом смог предугадать твою атаку, — сказал самурай, пока его ученик всё осознав, побежал. — Ты так часто сражался с Учиха, что научился скрывать свои намерения?
— Я и есть Учиха, — сказал я, отпрыгивая в сторону. — Учиха Киске. Будущий бог ниндзя.
— Эх, и почему мне встретился такой сильный враг? — сказал самурай.
— Эй, это мои слова, — возмутился я.
Он спокойно отражал каждую мою атаку, после которых мы разлетались в стороны от ударных волн. В итоге, я всё же его достал, и помог мне один приём из аниме, который я смотрел в прошлых жизнях. Это я про те аниме, которые серий этак в тысячу, которые настолько популярны, что бои для них создаются на основе реальных движений, специально нанятых для этого мастеров за большие деньги. Приём состоит в том, чтобы увести клинок врага в сторону, а потом резво атаковать открывшуюся часть тела врага, быстро отступая, чтобы не попасть под удар уведённого в сторону клинка. Очень опасный и сложный приём, для которого нужно быть очень быстрым.
— Этот приём, — самурай был удивлён, он зажал свой бок, пытаясь отдышаться. — Тысячелетие опыта… Невероятно… Для меня честь погибнуть от такого мастера как ты… — сказал он и рухнул, теряя сознание от кровопотери.
— Дзинь, — мой клинок сломался, мне пришлось взять клинок самурая.
— Кха! — раздался за моей спиной крик Аоки, и я удивлённо развернулся, глядя на то, как Каракура отрубает ей голову.
— Эй, какого чёрта ты творишь? — моё удивление было безграничным.
— Аоки подставилась под случайный удар чакрой самурая, и была ранена, слишком сильно ранена, — ответил Каракура. — Медиков нет, а потому, чтобы она не мешала нам на миссии, я устранил её.
— Идиот! Медик прямо перед тобой стоит! Это я!
— А?
— Бэ, чёрт! Чему вас учил Тобирама? Что за херня? Ну ка быстро её забыли! Чтоб такого больше не было!
— Но…
— Ты понимаешь, что уничтожил наши силы? Сократил их на одного опытного ниндзя?
Это полный конец. Проблемка в виде придурка Тобирамы нарисовалась. Я так понимаю, что имено поэтому умер Аоки, когда в прошлый раз сражался под командованием Тобирамы. Нет, он успел, просто Аоки убил он сам, показывая пример того, как избавляться от проблем.
— Так, привал на два дня, мне надо восстановиться, — сказал я. — Залечить травмы.
— Но ты же не ранен? — спросил Каракура. — На тебе ни единой царапины, да и чакрой в этот раз ты активно не пользовался…
