Стратегия И.В. Сталина и его соратников по китайскому вопросу заключалась в сохранении единого Китая и достижении в нем власти лояльных к СССР сил в пределах одной страны, ставшей на путь социалистического развития в рамках единой социалистической экономики советского блока. Эта стратегия учитывала мощную потребность китайской элиты в достижении единства страны, которую не учитывал капиталистический блок. Согласно этой стратегии, группы просоветских управленцев встали во главе административных инструментов, распределявших советскую экономическую помощь в Китае, которыми реализовалась линия на включение гигантского потенциала Китая в экономику социалистического блока.
С другой стороны, стратегия Мао Цзэдуна, выдвиженца потомственной хунаньской гражданской и военной элиты, заключалась во взаимном подавлении просоветскими и прозападными (проамериканскими и глобальными силами Коминтерна) элементами друг друга, в результате которого достаточно слабые в общекитайском масштабе силы хунаньской субэтнической группы, представленные в основном военными «пояса реки Янцзы», с корнями, ведущими еще к первым Опиумным войнам, приобретали бы значительный вес. При этом роль самого Мао в политических процессах, особенно на ранних этапах развития Народной Республики, не стоит преувеличивать — политическая культура Китая зачастую подразумевает самоустранение лиц, принимающих решения, с первых публичных позиций, оставляя их для словоохотливых трибунов.
Две эти стратегии наложились друг на друга в период ввода лидеров военно-политических группировок в Центральное правительство Китая в период его формирования. Публичные историки Китая, пытающиеся представить прошлое своей страны как самостоятельный генезис национальных сил без внешнего вмешательства, оценивают появление просталинских политиков в центральном аппарате страны как плод хитроумной политики Мао, пытающегося устранить «феодалов» с их феодов и столкнуть между собой за власть столице, что только отчасти является реальностью. Фактически же «вход в столицу пяти коней» — так называют введение в центральное правительство лидеров пяти крупнейших группировок Китая — сопровождался созданием в стране альтернативного, советского правительства.
15 ноября 1952 г. по решению Комитета Центрального народного правительства Китая был создан Комитет Центрального правительства по государственному планированию. Данный орган являлся независимым от Госсовета Центрального правительства и имел равный с ним статус. Под его контроль вошли 15 экономических министерств Китая. Новый орган, фактически являвшийся основным исполнительным органом власти Китая, возглавил Гао Ган — лидер северо-восточной просоветской группировки КНР. И.В. Сталин создавал в Китае правительство под собственным контролем, а также ввел в руководство всех кадров Компартии Жао Шуши, что вызвало острейший антагонизм бывших руководителей районов американской оккупации Народного правительства Северного Китая — в частности, Лю Шаоци и коминтерновца «шанхайской группы» Чжоу Эньлая и отца будущего антагониста Си Цзиньпина Бо Силая — Бо Ибо, чья работа была фактически парализована просоветским элементом. Как мы видим, конфликты этнических элитных группировок имеют длительный и клановый характер, то есть имеют характер кровной мести.
Острая борьба между этими двумя группами постоянно подогревалась Мао Цзэдуном, настраивающим против просталинской группы ее остальных конкурентов. Мао сразу после смерти Сталина в декабре 1953 г. открыто обвинил Гао Гана в создании теневого правительства. В феврале 1954 г. на очередном пленуме со стороны «шанхайской группы» был кулуарно осужден «вождизм» Гао Гана. «Маньчжурский Сталин», не получив поддержки из СССР, не дожидаясь ареста и физического уничтожения, самостоятельно, как считается, ушел из жизни. В январе 1955 г. был арестован Жао Шуши. Первый секретарь Шанхайского горкома умер в тюрьме в 1975 г. Сталинская модель развития в Китае была свернута, Госплан КНР вошел в подчинение правительства, а тон в экономической политике КНР начал задавать Лю Шаоци и Дэн Сяопин, наименее просоветские лидеры Китая.
Разыгравшийся новый виток противостояния просоветской и проамериканской групп в Китае прошел с учетом ошибок Гао Гана, в результате Си Цзиньпин успешно сохраняет позиции, выучив все уроки как своего отца, так и И.В. Сталина, оградившего Гао Гана от абсолютного доминирования, но уже не сумевшего остановить его губительный рывок к верховной власти в конце 1952 г.
Линию Гао Гана продолжает другой руководитель Северо-Западного административного района — военачальник Пэн Дэхуай; вместе с Гао еще в 1950 г. они закрепили свой статус наиболее антиамериканских политиков, командуя операцией китайских войск в Корейской войне: Гао Ган руководил тылом Северо-Восточного Китая, а Пэн Дэхуай — китайскими войсками.
