Каждый четвертый житель Земли слышал в детстве эти волшебные, красивые и мудрые истории. Издавна народные сказки в Поднебесной, как ценную реликвию, передавали из уст в уста, из поколения в поколение. Как и большинство сказок мира, китайские сказки учат юную душу любви, учат не быть жадными, завистливыми и злыми. Из них ребята узнают, что счастье находит лишь тех, кто творит добро, кто ценит настоящих друзей, и кто не боится тяжелой работы.
© 2012 г. Издательство «Седьмая книга». Перевод, составление, пересказ и редакция.
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
В один из вечеров маленькая Ли-хуа – Цветок сливы спросила у своего дедушки:
– Откуда тебе известно столько сказок?
Дедушка Сюнь немного подумал и ответил:
– Многие из тех историй, которые тебе уже доводилось слышать, я услышал в детстве от своего деда Лао Баня, который слыл лучшим из сказочников всего уезда.
– А откуда он узнал эти сказки?
– Возможно от своего дедушки, а может и от шошуды-сказочника. Такие сказочники – шошуды до сих пор ходят по сёлам и городам, играя на лютне, исполняя старинные песни и рассказывая удивительные истории о добрых и злых людях, о зверях и птицах и о могущественных волшебниках.
– Дедушка Сюнь, – снова спросила Ли-хуа, – а может тебе известно кто был первым сказочником?
– Да, Ли-Хуа, я слышал об этом и могу тебе рассказать. Самый первый сказочник родился в княжеской семье, и было это много столетий тому назад…
Во всех семьях и богатых, и бедных с нетерпением ждут появления на свет сына. Только бедняки ждут помощника в нелёгком труде, а князьям нужен наследник, которому они могли бы передать своё княжество.
Один из князей по имени Ло Ван много лет не мог дождаться наследника. И когда, наконец, долгожданный сын родился, радости князя не было предела. Но вот только этому мальчику не дано было стать наследным князем.
Сын Ло Вана рос здоровым и крепким малышом, и никто ничего не замечал, пока он не встал на ножки и пошёл. Кормилица мальчика стала замечать, что он постоянно натыкается на что-нибудь, ударяется и падает, словно не видит преград. Когда же об этом стало известно князю, он позвал лекаря к своему сыну. Горько было отцу услышать от лекаря о том, что его единственный сын слеп.
Если слепой ребёнок родится в семье бедняков, родители погорюют, погорюют и смирятся с судьбой – что же делать, придётся бедняку без помощника семью кормить. Другое дело если такое горе случиться в княжеской семье. Как князю передать слепцу своё княжество?
Властный князь, не смог смириться с горем, и вместо печали его сердце наполнилось гневом. Ло Ван охваченный гневом велел тотчас обезглавить лекаря, а слепого сына унести в горы, чтобы его растерзали дикие звери.
Слуги не посмели перечить князю, и мальчик оказался один в чаще леса на склоне горы. Возможно, эта история закончилась бы очень грустно, если бы малыша раньше остальных не заметил старый тигр. Этот зверь был очень мудр и даже мог говорить на человеческом языке.
– Человеческое дитя, я тебя съем! – произнёс тигр.
Малыш не понял угрозы, он протянул вперёд свои ручонки и зашагал на голос. Изумлённый такой храбростью тигр скрылся в густых зарослях и вскоре привёл с собой всех лесных обитателей. Звери с любопытством рассматривали бесстрашного малыша, а затем решили, что он достоин жить среди них.
Так княжеский сын стал жителем леса.
Тигрицы стали поить его своим молоком, и мальчик рос крепким и здоровым. А чтобы он не замерзал, лиса смастерила ему халат из меха, и малыш стал напоминать звериного детёныша.
От павлина сын Ло Вана получил красивую шапочку, украшенную павлиньими перьями, а от горного козла джара – мягкие башмачки.
Каждый из лесных жителей старался чем-нибудь помочь мальчику или как-нибудь порадовать его. Мудрый тигр стал обучать его языку зверей, ведь этот язык проще человеческого. Но когда мальчик подрос, тигр обучил его и языку людей, настолько, насколько знал сам.
Долгими вечерами, когда учитель и ученик уставали от обучения, старый тигр часто рассказывал мальчику удивительные истории, которые случались в лесу с незапамятных времён. Эти рассказы были о птицах, зверях и даже о людях, которые особенно нравились сыну Ло Вана.
Мальчик просыпался, разбуженный пением иволги, а засыпал под нежные соловьиные песни. Птичье пение настолько нравилось маленькому слушателю, что он невольно стал пытаться подражать великолепным певцам. Но сколько бы он ни пытался передать звенящие звуки жаворонка или волнующие трели соловья, ему никак не удавалось петь также чисто как птицы. Но зависть не проникла в его сердце, ведь не в доме князя, а в лесу, где никто никому не завидовал.
