В целом ничего особенного, за исключением той проблемы, что замок стоял на оживленном тракте, где постоянно слонялись если не караваны или группы, то одинокие путники. У стен твердыни частенько останавливались крестьяне или торговцы, пережидающие ночь и не успевшие добраться до ближайшей таверны. В случае штурма замка вести долетят до ближайших соседей со скоростью пули, да и королевская власть явно не обрадуется, когда узнает, что один наглый колдунишка решил взять на копье твердыню одного из местных феодалов. А значит все нужно делать очень быстро и по возможности, на первых парах, максимально незаметно.
- Готов? – Повернувшись, спросил я.
- А к такому можно подготовиться?
- Разве что морально. Идем, солнце садится и времени в обрез.
Я зашагал в сторону русла проходящего в этой стороне леса ручья. Чернявый, поправив клинок на поясе, смотревшийся на нем откровенно нелепо, поплелся следом за мной. Стоило его тащить с собой? Задавался я поросом. Да, однозначно стоило. И дело, разумеется, не в поддержке, которую он мог оказать в бою. От крестьянина при штурме много ждать не приходилось. В первую очередь меня заботили пленники. По словам командира ловчих, в замке сейчас как раз собралась очередная партия пленных. И вот ради них я и тащил за собой этот балласт. Если удастся их освободить, я не смогу тащить за собой толпу по замку, их нужно было выводить на свободу. Кому это поручить? Нежити? Да как только пленники с нестабильной психикой, побоями и, возможно, поруганные, увидят немертвых, поймут что им нужно следовать за ходячими трупами, случится может что угодно. Именно для этой цели и выступал Обтир, которому придется взвалить на себя лавры спасителя угнетенных и вывести людей за стены замка.
У берега, в окружении высоких деревьев и густых лиственных насаждений, нас уже ожидал отряд. Моя маленькая армия, состоящая из десятка упырей, трех десятков скелетов и умертвней самых разнообразных кругов. Трое рыцарей тьмы и костяная химера завершали эту победоносную картину. Молчаливый отряд, смиренно дожидающийся и готовый исполнить любой поступивший приказ.
- Я думал, мы пойдем на штурм замка. А пока мы только от него удаляемся. – Непонимающе качнул головой Обтир.
- Как ты себе представлял этот штурм? Мы всей толпой прем под высокие каменные стены, после чего ты своим стручком пробиваешь нам проход?
- Вроде того, только без последнего пункта.
- Нее, так штурмовать хорошо подготовленный к обороне замок ты будешь без меня.
Дав команду нежити, я спустился к ручью, погрузившись в илистое дно по самое колено. Недовольно заворчавший Обтир прыгнул следом за мной. В отличие от него, нежити было глубоко плевать, как передвигаться - по суше или по воде. Пройдя десяток метров и срезав кинжалом кусты с заросшего зеленью берега, я обнажил проход в широкий канализационный сток. Несло из трубы так, что волосы на затылке вставали дыбом, а в голову лезли воспоминания о сортире свинорылых, в котором искупался почивший Дон. Эх, навивает воспоминания.
- Вход в замок для умных и сообразительных.
- Стой. Ты хочешь пролезть под землей? Точно, ловчий ведь что-то говорил о подземном ходе из замка. – Вспомнил Обтир.
- Не, тот ход ведет в другую сторону. И можешь мне поверить, охраняется капитально. Кроме обычной стражи там повешены сотни защитных и сигнальных чар - без шума не пройти. А нам нужно сперва все хорошенько осмотреть, желательно не привлекая к себе лишнего внимания.
- А стоки значит не охраняются?
- Там есть сигнальные чары, на случай если полезет кто-то чересчур умный. – Кивнул я. – Но с этой проблемой справиться не так сложно. Так что вперед, на путь спасения прекрасной девы!
Наш путь к спасению «сексапильных молодух» начался с запаха экскрементов и мочи, которые не могли перебить никакие заклинания-фильтры. Будь я магом воздуха, может и справился бы с этой задачкой играючи, но с моими возможностями это был предел мечтаний. Это была обратная, отстойная сторона некромагии. Защитные чары - пожалуйста, а вот что-то профильное, вроде нормальной очистки воздуха от посторонних запахов, уже не к повелителям мертвых. Мы просто обожаем вдыхать мерзкий, сладковатый запах разложения и гнили.
Сток был достаточно узкий, чтобы через него приходилось протискиваться, стесывая разводы дерьма и мочи с трубы своими плечами и затылком. И ладно я, окруженный защитными чарами, покрывающих меня в миллиметре от тела, не набирал на себя какашечные пятна. А вот шагающий следом Обтир вытирал своей белоснежной рубахой всю трубу, медленно но уверенно превращаясь в гавномонстра - легендарную тварь, обитающую в канализации.
