«Но было ли это ошибкой? — подумала она. — Я сражалась сразу с тремя, и я победила двоих, прежде чем третий опомнился. Наверняка, если бы её там не было, справиться с ним тоже не представило бы труда… Может, мне стоит вступить в клуб Китано-куна?»
Тоже время. Кабинет директора.
Директор и его бессменный помощник сидят в креслах перед низким столом. На диване с другой его стороны расположился их новый гость.
— Нет, я согласен, — говорил он, — что Кумагай, из-за его роста и телосложения, больше всех подходит для решения проблем, связанных с любителями боевых искусств среди всех людей из специального консультационного комитета по управлению.
— А разве не так? — спрашивает Сираиси. — Я слышу в ваших словах большое «но».
— Но из-за того, что он был одарён таким превосходным телом, у него есть одна слабость. Он слишком сильно полагается на свою силу. И не слишком стремится думать о… просто думать.
— Да уж, — скривился директор. — я просил его разобраться с президентом Бойцовского клуба, а не лицензировать его от имени Министерства! И как он вообще мог проиграть?!
— Когда Кумагай наносит удар, он внушает своим противникам страх. Но если страх вызвать не удалось, и он промахнулся, то у его цели появляется отличный шанс для контратаки. Скорее всего, эта слабость и привела его к поражению. Кроме того, я верю, что главное в боевых искусствах — это врождённое стремление к победе. Кумагай этим не обладал. Кроме того, он слишком стар. Если бы он был на десять лет моложе, ничто из того, что я упомянул, не ослабило бы его так сильно.
— Ширатаки-сэнсэй, — вклинился в поток сознания нового министерского консультанта директор. — Всё это очень глубоко, и то, что я скажу, наверно очень грубо, но вы ненамного моложе его…
Гость, выглядевший как скромный учитель в поношенном костюме, закрыл глаза и усмехнулся.
— Э… я имею в виду, что, разумеется, мы позвали вас, будучи полностью уверенными в вашей силе!
— Я прекрасно вас понял, естественно, что вы беспокоитесь. Я действительно недалёк от Кумагая в плане возраста. Именно поэтому я собираюсь покинуть свой пост в консультационном комитете.
— То есть, вы уходите в отставку? — поразился директор.
— Как вы понимаете, — усмехнулся пока ещё консультант, — у нас не то место, где могут работать старики.
— Но… как же…
— О, не беспокойтесь! В вашем случае я позволю своей преемнице разобраться с вашей проблемой. В действительности она моя дочь, которая только что перешла в старший класс. Это дело будет для неё отличной тренировкой.
— Вы отправляете на такое задание простую школьницу?! — не выдержал директор, а его помощник высказал полную солидарность со своим руководством, неверующе вытаращив глаза и без того увеличенные толстыми стёклами очков.
— Уверяю, — Ширатаки сложил пальцы домиком, — её силы будет достаточно. Я тренировал её с ранних лет. Кроме того, она обладает врождённым стремлением к победе!
— Но…
— Разве это не идеальная для вас ситуация? Я просто посылаю свою дочь в вашу школу. А когда двое школьников дерутся между собой, это не грозит никакой опасностью учителям.
— Хм… — задумался директор. — Я понял, что вы имеете в виду. Но ученик, с которым она должна справиться, совсем не тот, с кем может справиться девушка-подросток. Кроме того, она должна это сделать максимально публично, а потом перехватить управление Бойцовским клубом. А то по городу уже вовсю ходят слухи, что мы у себя таким образом легализовали школьную банду!
— Я понимаю ваши сомнения. Но, уверяю вас, хоть Кумагай обладает непревзойдённой физической силой, но, если бы он сейчас сразился с моей дочерью, Икуно вышла бы победительницей.
«Как и Китано-кун», — подумал Сираиси, но не решился сказать вслух.
— Всё, что вам надо, — продолжал любящий отец, — это принять её в школу и больше ни о чём не беспокоиться.
Не люблю волейбол. Как и все командные спортивные игры. К счастью, это был всего лишь урок физкультуры, а не соревнования, на которых нужно играть честно, так что я вовсю читерил. Но не из-за выигрыша и даже не для того, чтобы почувствовать себя крутым победителем, нет, просто отбивая мяч, я тренировал своё чувство ауры.
Если бы можно было закрыть глаза, то тренировка была бы ещё круче, но я не хотел выглядеть ещё страннее, чем обычно. Поэтому просто расфокусировал взгляд и чувствовал направление полёта мяча. Вот там-то я и узнал, что если расширить ауру из состояния плотного «яйца» до состояния большого облака, то пролетающий через него мяч начинает ощущаться так же хорошо, как своя рука или нога. Или как-то так, сложно описать. Зато, когда на холме, по соседству с площадкой появилась посторонняя девушка, её ищущий меня недобрый взгляд, оставил практически трассирующий след в ауре, пока не упёрся мне в затылок.
Ясно, за мной прислали феминизированного терминатора.
