— Дело сделано, не так ли? — уточнил Кэбот.
— Частично, — пожал плечами Пейсистрат.
— Мы сможем увидеть развязку этого вопроса на арене? — осведомился Кэбот.
— Скорее от нас это требуется, — усмехнулся Пейсистрат.
— А что сталось с домашним животным Арцесилы? — поинтересовался Кэбот у Пейсистрата.
— Тебя больше не интересует судьба другой? — удивился Пейсистрат.
— Белокурую женщину, домашнее животное Арцесилы, насколько я знаю, охотники, меня преследовавшие, собирались съесть, — сообщил Тэрл, — и оставили её прикреплённой к дереву около шлюза, но живой, чтобы её мясо осталось свежим к их возвращению. Ключ от её наручников они повесили ей на шею.
— Ты помнишь Гренделя?
— Конечно, — кивнул Кэбот.
— Он искал её в лесном мире и вскорости нашёл. Действительно, около шлюза. Он её освободил.
— Освободил? — удивлённо переспросил Кэбот.
— Чтобы вернуть Арцесиле, конечно.
— Возможно, он пошёл на серьёзный риск, — заметил Кэбот. — Боюсь, что те, кто преследовал меня, воспринимали её уже как мясо, которым они собирались отметить завершение их дела.
Среди кюров отношение к мясу такое же, как среди слинов или ларлов, то есть оно может быть оспорено, причём с яростью. Не стоит покушаться на чью-либо еду.
— Верно, — согласился Пейсистрат, — он многим рисковал. Откуда ему было знать, как скоро возвратились бы охотники, как и о том, не потребуется ли им еда.
— Интересно то, что он подверг опасности себя из-за простой человеческой женщины, фактически, поставив свою жизнь под угрозу, пойдя против обычаев кюров, — сказал Кэбот, — а ведь она для него даже не союзник, а всего лишь простое домашнее животное, причём принадлежащее другому.
— Несомненно, — улыбнулся Пейсистрат.
— Можно только размышлять о его побуждениях, — пожал плечами Кэбот.
— Но формы у этого домашнего животного уж очень хороши, не так ли? — осведомился Пейсистрат.
— Конечно, — не мог не признать Кэбот. — Но он — кюр.
— Только отчасти, — напомнил Пейсистрат.
— Я помню, — кивнул Кэбот.
— Когда он освободил её, она попыталась убежать от него, причём в лес, но он легко настиг её.
— Природа проследила, чтобы такие как она не могли опередить ни мужчин, ни кюров.
— Он был вынужден снова заковать её в наручники, только запястьями вперёд, на руках унести её к шлюзу и силой доставить в Стальной Мир.
— Уверен, она понимала, что он собирается вернуть её Арцесиле, — предположил Тэрл.
— Но она не желала быть возвращённой им, — пояснил Пейсистрат. — Кем угодно, только не им.
— Почему? — удивился Кэбот.
— Она ненавидит его, — пожал плечами Пейсистрат.
— Однако он рискнул своей жизнью ради неё, — напомнил Кэбот.
— Тем не менее, она его ненавидит, — развёл руками Пейсистрат.
— А разве у Арцесилы она не была бы в опасности? — поинтересовался Кэбот. — Ведь она была использована в качестве приманки, чтобы заманить кюров в ловушку и убить их?
— У самого Арцесилы претензий к ней нет, — ответил Пейсистрат, — и всё же для него теперь было бы на практично держать её при себе. Её использовали против кюров. Об этом нельзя забывать. Разве это не может повториться? Она — человек. Кто знает, на чьей стороне окажется её истинная привязанность? К тому же, она теперь частично говорящая, а это в целом работает против неё. Фактически, она ведь могла сама спровоцировать своё использование против кюров. В любом случае, если не он, то его товарищи или кто-нибудь ещё, может потребовать её крови.
— Насколько я понимаю, она была превосходным домашним животным.
— Да, — кивнул Пейсистрат. — И Арцесила, несомненно, по-своему её любил.
— Вот и мне так показалось.
— Но он может получить любую другую, — пожал плечами Пейсистрат.
— Иными словами, она должна быть либо убита, либо отправлена в скотские загоны? — уточнил Тэрл.
— Когда она оказалась перед Арцесилой, то сразу же бросилась на живот, вцепилась своими скованными руками в его ногу, и жалобно плача, принялась целовать и вылизывать его когти, но он остался непреклонным.
— Так что с ней сделают, убьют сразу или отправят в загоны?
— Подозреваю, Арцесила по-прежнему питает к ней слабость, и был рад узнать о том, что она выжила и снова оказалась в безопасности в Стальном Мире.
— Грендель её доставил?
— Конечно.
— Но Арцесила не оставит её у себя.
— Разумеется, нет.
— Тогда, что её ждёт в конечном итоге? — спросил Кэбот.
— Сам Грендель и предложил разумный выход из создавшегося положения, — сказал Пейсистрат.
— И в чём суть его предложения? — заинтересовался Кэбот.
— Он выкупил её, причём она досталась ему за сущие гроши, — усмехнулся Пейсистрат. — Теперь она на его поводке.
— А как она сама к этому отнеслась? — полюбопытствовал Кэбот.
— Она чуть с уму не сошла от недоверия, ужаса, оскорбления, ярости и страдания, — ответил Пейсистрат.
— Но она по-прежнему на его поводке, не так ли?
— Разумеется.
— Замечательно, — улыбнулся Кэбот.
— Он всё же не совсем кюр, — напомнил Пейсистрат. — Она его всегда ненавидела. Впрочем, точно так же ненавидело его и большинство кюров, как урода, монстра и ошибку природы. А теперь она принадлежит ему, и ошейник на её шее — его.
— Он рисковал ради неё своей жизнью.
