— Но пытками мы могли бы поощрить её выдать тайны великого Агамемнона, — предположил Кэбот. — Ведь она, по-видимому, его ценный и уважаемый агент.
— Она — человек, — отмахнулся Флавион. — Ни к каким серьёзным тайнам её бы просто не допустили.
— Было бы любопытно услышать её собственный отчёт о её предательстве, — заметил Лорд Грендель.
— Что могут сделать её слова, — спросил Флавион, — кроме того, что ещё надёжнее приведут её судьбу к раскалённому железу?
— А если бы она ничего не сказала? — поинтересовался Кэбот.
— Это не важно, поскольку её вина ясна, — заявил Флавион.
— Лично мне кажется позором, жечь и рвать такую соблазнительную плоть, — покачал головой Кэбот. — Не лучше ли продать это с аукциона?
— Конечно, нет, дорогой Кэбот, — усмехнулся Статий. — Какой бы омерзительной и презренной она ни была, но она — свободная женщина. Уверен, Ты не стал бы унижать её до непередаваемого позора неволи. Не стоит доводить её до такого позора как цепи, плеть, ошейник и внушающий страх рабовладелец.
— Когда мы захватили её, — заметил Лорд Грендель, — она была голодна, и я не уверен, что в данный момент она в лучшем состоянии чем тогда.
— Она — предательница, — развёл руками Флавион.
— Чем ей кормили?
— Миску воды и, время от времени, горсть объедков.
— Понятно, — нахмурился Лорд Грендель.
— Мы знали, что Вы хотели бы, чтобы мы поддерживали её живой, чтобы она могла предстать перед вашим правосудием.
— Ты догадлив, — похвалил Лорд Грендель.
— Я очень хочу увидеть её под калёным железом, щипцами и ножами, — сказал Флавион.
— Тогда накорми её, как следует, — приказал Грендель.
— Понимаю, — кивнул Флавион. — Конечно! Она будет здоровее и выносливее, и это предоставит ей возможность более полно и длительно испытать самые изящные нюансы мучений. Теперь я понимаю, Лорд Грендель, смысл вашей кажущейся мягкости к предательнице, разрешение ей одежды, свободу внутри лагеря и всё такое. Это будет словно она свободна, но при этом она будет знать, что она не на воле. До свободы казалось бы рукой подать, но она всё равно далека и безнадежна. Каким дразнящим желаниям, ложным надеждам, ужасающей неопределённости она будет подвергнута, ожидая что её в любой момент свяжут и отнесут на столу пыток!
Но Лорд Грендель уже отвернулся и, в сопровождении Статия и остальных, отошёл в сторону, чтобы обсудить вопросы политики, дипломатии и войны.
Флавион пошёл было следом, но был остановлен Кэботом.
— У меня была рабыня, — начал мужчина, — вызвавшая моё недовольство.
— Я знаю о ком речь, — кивнул Флавион.
— Я бы хотел вернуть её.
— Не уверен, тебя она волнует, — сказал Флавион.
— Верно, она всего лишь рабыня, — согласился Кэбот.
— Но, похоже, — ухмыльнулся Флавион, — Ты всё же на многое готов, чтобы вернуть её.
— Возможно, ради того, чтобы научить её, что такое быть рабыней, а потом продать её.
— Я — слабый ценитель человеческих рабынь, — развёл руками Флавион, — но даже я вижу, что она у неё изящная фигура, не правда ли?
— Вероятно, её можно было бы продать, по крайней мере, за два тарска, — признал Кэбот.
— Это — высокая цена, не так ли?
— Достаточно высокая.
— Она сбежала, несколько дней назад, — осторожно сказал Флавион. — Несомненно, к настоящему времени, она погибла от лишений, голода или попала в лапы диких животных. Также её могли убить кюры Агамемнона, поскольку у них был приказ стрелять во всех людей.
— Вполне вероятно, — согласился Кэбот. — Но, насколько я помню, Вы предположили, что её след ещё можно найти.
— Прошло много времени, — напомнил Флавион. — Как теперь это можно сделать?
— Найди её, — потребовал Кэбот.
— Чего? — опешил Флавион.
— Найди её, — повторил Кэбот.
— Не понял, — нахмурился Флавион.
— Среди твоих вещей, — сказал Кэбот, — перед выходом в Долину Разрушения, я нашёл фиолетовый шарф.
— Конечно, — кивнул Флавион. — Он мне нужен, чтобы проникать в расположение противника и исполнять мои обязанности разведчика.
— Самое логичное объяснение, — хмыкнул Кэбот.
— Разумеется, — буркнул Флавион.
— И как, часто приходилось им пользоваться?
— Да, — ответил Флавион, с облегчением. — Несколько раз.
— Интересно, — протянул Кэбот.
— Что в этом интересного? — поинтересовался Флавион.
— Насколько я понимаю, тебе в таких ситуациях приходилось вступать в контакт с патрулями кюров, часовыми и так далее.
— Иногда, если случайно сталкивался, — подтвердил Флавион.
— Тебя останавливали?
— Редко, но бывало, — признал он.
— И тебя не убили.
— Очевидно, что нет, — сказал Флавион.
— Почему нет?
— Я был замаскирован, — пояснил кюр, — униформа, фиолетовый шарф.
— У тебя должно было быть кое-что помимо этого, — заметил Кэбот.
— Что? — напрягся Флавион.
— Пароли и отзывы, — пояснил Кэбот.
— Что Ты хочешь? — осведомился Флавион.
— А что Ты можешь мне дать? — спросил Кэбот.
Улыбка кюра скривила лицо Флавиона.
— У меня может быть кое-что, что я могу дать, — намекнул он.
— Я так и подумал, — усмехнулся Кэбот.
— Как минимум это могла бы быть рабыня, — добавил кюр.
— Ты можешь найти её?
— Я могу попробовать, — осторожно ответил он.
— Так сделай это, — сказал Кэбот.
