Думаю, следует упомянуть кое-что ещё, что поможет сделать более ясными некоторые последующие события нашего рассказа. Имеются в виду сведения имеющие отношение к брюнетке, на тот момент мисс Вирджинии Сесилии Джин Пим. У неё, в значительной степени благодаря её воспитанию, прежде всего слугами, иногда подстрекаемыми сдержанным отцом и надменной, холодной и вечно унылой матерью, а также собственным желанием иметь безупречные знания, сформировалось довольно двойственное отношение к мужчинам её вида. Они тревожили её, поскольку она была воспитана, относиться к ним с подозрением и отвращением, но одновременно, к своей неловкости, она находила их волнующими. Эти большие и грубые создания были для неё сразу и привлекательными, и отталкивающими. К счастью, они были слабы, их было легко обвести вокруг пальца, ими было легко управлять. Порой, оставшись наедине с собой, она спрашивала себя, существовали ли другие мужчины, и, по крайней мере, в своих снах встречала их, просыпаясь крайне смущённой и пристыженной. Важно понять, что её естественные потребности, порывы и желания были чрезвычайно сильны, необычно сильны, даже, смеем предложить, рабски сильны. Возможно, если бы она была отпрыском более примитивных времён, с более естественным воспитанием и окружением, она могла бы легко и непосредственно, попасться на глаза дворянину, как предположительно это произошло с её прародительницей, дворянину, который в те дни совершенно законно мог иметь любых женщин или девушек, каких он желал. Она, конечно, с радостью подбежала бы к его стремени. Кровь полной потребностей, отдающейся женщины струилась в её венах. Генетика сформировала её бедро для поцелуя железа, а её горло для стального захвата ошейника. И наконец, вспомните, что Царствующие Жрецы для своих целей выбрали именно её, возможно среди тысяч претенденток, как и наши собственные уважаемые союзники, большие специалисты в таких вопросах, обнаружь они её раньше, без колебаний внесли бы её в свои списки на приобретение. Она была тем типом женщины, которая принадлежала гореанской клетке, из которой её могли бы извлечь, чтобы передать покупателю. Короче говоря, она была прирождённой рабыней, которая просто ещё не встретила своих владельцев. Вспомните также и о том, что мало того, что она была подобрана так, чтобы быть мучительно желанной для Кэбота как рабыня, но и так, чтобы он сам был для неё, в силу того же самого совпадения параметров, мучительно желанным, как господин. Он должен был смотреть на неё с точки зрения зова крови, зрелого самца, а она должна была почувствовать себя перед ним слабой и беспомощной, не больше чем просящей, жалкой рабыней.
Счёл бы он целесообразным удовлетворить её желания?
