Первой трещиной в фундаменте его незыблемости, стало исчезновение Меуса и Псилона. Хоть все в округи голосили, что близнецы погибли во время битвы с эльфами, Эурион сомневался в этом. Тела не были найдены, как и сундук с артефактами, но многочисленные свидетели утверждали, что воочию видели, как одному из братьев вспорола брюха демонесса, а второго разъело ядовитым снарядом, взявшимся из ниоткуда. Но как бы не отстаивали очевидцы свою правоту, Великий магистр относился с подозрением к правдивости этих слов.
Минуло около двадцати лет, и следы погибших магов, ни разу не всплыли на территориях Нирбисса, но даже такой долгий срок и отсутствие магической деятельности ренегатов, не убедили старого чародея в их гибели. Впрочем, младший Виэнарисс, затеявший войну с остроухими и сгинувший бесследно, тоже беспокоил Эуриона.
Айлас, как и старшие братья был признан мертвым, но что-то подсказывало Верховному чародею, что обозленный на весь мир ученик, где-то скрывается и планирует возмездие.
Вероятнее всего, это троица перебралась на северный или южный материк, только так можно было объяснить их бесследное исчезновение.
Аскалионцы редко покидали Большую землю. Владение Льда и Огненный архипелаг были наводнены своими волшебниками и неведомыми тварями, с которыми лучше не иметь дела. Да и к счастью, бескрайние воды океанов, являлись надежной преградой, для любителей дальних путешествий. Только отчаянные жители Большой земли могли рискнуть и переправиться на другой континент, через кишащую опасностями морскую пучину.
Много раз Эурион корил себя за то, что поддался уговорам Рейны и взял ее сыновей в обучение. Волшебница не желала, чтобы ее наследники, как и она сама получили скромное образование в школе мирских кудесников. Она жаждала видеть всех четверых отпрысков настоящими магами, способными не только исполнять примитивные трюки, да готовить лечебные снадобья, но и умеющими сражаться в самых жестоких битвах - истинными войнами и защитниками Нирбисса.
Братья были единственными послушниками, не являющимися сиротами. И в то же время, они оказались самыми проблемными учениками за всю историю существования Аскалиона, если не брать в счет Моргана.
Морган всегда оставался верным Цитадели. Он прилежно выполнял поручения Магистров и всегда следовал их советам. Его интрижка с демонессой, на фоне всех неприятностей, что принесли Аскалиону остальные Гереон Виэнарисс, была сущей мелочью.
Даже сейчас чародей, по первому зову, готов был прибыть в Убежище, несмотря на то, что в данный момент находился на Экалиоте, где он уже не один год наблюдал за состоянием своенравной Энал и помогал справиться тамошнему правителю с мелкими заботами такими, как нападения Пий, засуха, восстание мертвецов. Впрочем, в ближайшее время ему предстояло отправиться в Круан, затем посетить Цитадель, а после, вновь вернуться в хижину у подножья дремлющего вулкана.
Эурион передернул плечами, и темная шелковая мантия на его тощем теле, заходила волнами. Мысли, вновь перескочили на Ноэла. Этот маг вел себя в последнее время, как-то подозрительно. Нередко он покидал Цитадель и совершал прогулки к Вертикальным горам. Внутренний голос Магистра каверзно нашептывал, что черноволосый чародей, что-то скрывает. Но что? Этот секрет Эурион намеревался выяснить. Он будет действовать осторожно, не привлекая лишнего внимания. И когда Верховный разоблачит этого полукровку, то его глупые соратники поймут, что напрасно отмахивались от его предупреждений.
«Еще немного, и я выведу тебя на чистую воду эльфийский демон!» злорадно подумал он и откашлялся в жидкую седую бородку.
Но каким бы недоверчивым и пакостливым не был Эурион, интуиция его не обманывала - Ноэл являлся хранителем тайны! Черноволосый волшебник не желал открывать мистическую дверь, ведущую к ларцам Неизвестности, он не стремился вплести свою пряжу в сукно истории, он лишь проявил любопытство, тем самым, преобразив картину мира.
Летопись судьбы не переписать и время не воротить назад. Невинная оплошность внесла новую главу в хроники Нирбисса, навсегда изменив течение событий.
Это был обычный пасмурный день. Таких невзрачных дней на землях Аскалиона бывает около трехсот в год. Холодное солнце робко проглядывало через мутную пелену алюминиевых облаков. Суровый северный ветер, с каждой минутой, крепчал. Источником неистовых порывов служили Вертикальные горы, сливающиеся с небом на горизонте. Под натиском воздушных масс черно-зеленые исполинские ели, устрашающе поскрипывая, колыхались из стороны в сторону, подобно волнам Нордарского океана.
В Цитадели было пустынно. Большинство поселенцев разъехалось по территориям Большой земли с очередными миссиями. Но главной причиной запустения было не отсутствие магов, спасающих мир. Минуло несколько лет с тех пор, как окончилась война с эльфами, но до сих пор, в Книгу Памяти вносили имена павших в сражении чародеев.
