— А что, здесь реально гроб святого Василия? И он реально здесь лежит? — грубый и глухой голос раздался рядом.
От неожиданности Елена вздрогнула, она ненавидела, когда ее перебивают, но не ответить худому, а это именно он спросил, она не могла.
Неужели он заинтересовался экскурсией? Не поздновато ли?
— Да, здесь, реально, — на последнем слове Синицкая сделала ударение, — здесь реально похоронен святой Василий Блаженный, также известный как юродивый Василий Нагой — один из покровителей Москвы.
— Уродивый! Ха-ха, — захихикал пухлый малолетний любитель фастфуда, — Мама, прикинь, она сказала «уродивый».
— Не уродивый, а юродивый. Василий Блаженный — легендарный московский юродивый. Святой чудотворец, обладавший даром прозрения. А юродство — это такой христианский подвиг, заключающийся в намеренном стремлении казаться безумным. Юродивый Василий ходил по Москве абсолютно голый, даже в лютые морозы. Потому у него и есть второе имя Василий Нагой. Он прославился многими чудесами…
Экскурсия плавно перетекла в следующий зал, Синицкая чувствовала аудиторию, рассказывала о красивейших древних иконах храма.
— Советский и российский филолог, академик Дмитрий Лихачев высказывал мнение о том, что собор оказался своего рода символом русского характера: «Храмина-домина вроде бы огромна, широка, размашиста, а войдешь внутрь — так и помолиться-то особенно негде, малы и тесны клетушки-церквушки».
Только в этот момент Елена заметила, что худого и долговязого она не видит в своей группе. Куда же он делся и где он отстал? Она видела его в последний раз у захоронения святого Василия. Где же он теперь?
Елена отвечает за группу, за каждого из ее членов, какими бы странными и неприятными типами они ни были.
Синицкая принялась оглядывать зал, где они сейчас расположились.
Ну да, все, кроме худого, здесь, на месте.
В этот момент ее лекцию все же перебили. Раздался жуткий протяжный звериный крик, от которого кровь застыла в жилах.
Причем крик шел со стороны церкви Василия Блаженного…
