Нижняя ступень пирамиды оказалась гигантской колоннадой, поддерживающей все остальные ступени здания. Зари-ма нырнула в проход между колоннами, оглянулась, махнула рукой:
– Здесь держаться, как я… глубоко проходить.
– Подземный ход? – уточнил Артем.
– Наверное, город имеет подземный уровень, – сказал Селим. – Если это так, мы имеем шанс оторваться. Подождите меня пару минут.
Он поколдовал над полусферой кибера, достал пистолет, стреляющий специальными якорями с тросиком, зарядил его МК-батареей и вылетел из-под пирамиды наружу. Вернулся он буквально через полминуты, Артем и Зари-ма успели только обменяться вопрошающе-недоуменными взглядами.
– Все в порядке, можем направляться дальше.
– Зачем вам понадобился МК? – поинтересовался Артем.
– Чтобы отвлечь погоню.
Внезапно ослепительный свет проник за колоннаду первого этажа пирамиды, стены здания задрожали, издалека донесся грохот и затихающий гул.
– Вот! – поднял вверх палец фон Хорст. – Я запустил инициированный на саморазряд МК с помощью метателя в башню могильника. Это на какое-то время собьет погоню с темпа. Веди нас, девочка.
Зари-ма послушно углубилась в сгустившуюся темноту надземного горизонта здания, кружа по залу между колоннами, пока не нашла пандус, вычурными изгибами опускавшийся под землю. Земляне последовали за ней, настороженно вглядываясь в проходы и закоулки нижнего уровня древней постройки, образующие самый настоящий лабиринт. Многие коридоры были завалены каменными блоками осевшего или рухнувшего потолка, некоторые сужались из-за вспучившихся стен. Встречались и достаточно широкие и высокие залы с колоннами разного сечения, загроможденные кучами слежавшегося мусора и земли. Изредка в стенах коридоров попадались дыры диаметром с голову человека. Возле одной такой дыры Зари-ма остановилась, освещенная фонарем «кокоса», показала пальцем:
– Дилгики…
– Здесь живут «тушканчики», – сообразил Селим. – А что, если они выведут нас за черту города?
– Их норы слишком узки для нас, – покачал головой Артем.
«Внимание! – вдруг напомнил о себе инк «кокоса». – Слышу посторонние шумы».
«Где?»
«Ориентация затруднена обилием отражающих слоев, однако осмелюсь предположить, что по нашему следу идут люди».
– Кажется, мне не удалось сбить погоню с толку, – сказал Селим. – Мой инк подает сигнал тревоги.
– Мой тоже. Что будем делать?
– Отступать, что же еще? Пока есть возможность. Пока не упремся в тупик. Ситуация еще не безнадежная. Как говорится, в ситуации с выходом есть лишь один выход, в безвыходных ситуациях выходов, как правило, несколько. Вперед!
Зари-ма снова заняла место проводника, и отряд понесся дальше по лабиринту, чувствуя затылками дыхание погони.
Добрались до лестницы, ведущей на более глубокий уровень подземных коммуникаций, спустились на десять метров ниже и неожиданно оказались в огромном зале со сводчатым потолком и ячеистыми, сочащимися сыростью стенами. Свет фонарей обоих «кокосов» едва доставал до центра зала, где располагалась какая-то огромная скульптура, наполовину засыпанная грудой камней и обломков потолочного перекрытия.
Скульптура изображала полюсида с плоским лицом и тремя глазами, два из которых были полузакрыты, а третий в свете фонарей отсвечивал ледяной голубизной. У фигуры полюсида были три руки, в каждой из которых он держал какие-то непонятного назначения предметы: изогнутую трубку с раздваивающимся концом, нечто вроде песочных часов и трезубец. Материал скульптуры отсвечивал серебристым металлом и, по словам инка, сделавшего спектральный анализ, в самом деле оказался металлическим сплавом индия, серебра и железа.
– С нами аллах! – пробормотал чем-то взволнованный Селим. – Этой глыбе цены нет! Сто тонн индия! Плюс серебро!..
– В спектре звезды Полюса много полос индия, – равнодушно сказал Артем, не понимая волнения безопасника. – Неудивительно, что и планета богата индием и серебром, формировались-то они из одного протооблака.
– Я не об этом. На Полюсе нет ни одной уцелевшей шахты по добыче металлических руд. Как полюсиды добывали металлы, а тем более индий, требующий особых способов обработки?
– Спросите у Зари-мы, у аборигенов.
– Спрашивал, но за миллион лет подробности процесса забыты напрочь, даже легенды не сохранились.
– Хурамазда, – сказала Зари-ма, кивая на скульптуру, не понимая, о чем говорят земляне. – Собирать много люди… думать… просить… – Она сложила ладони перед лицом и закрыла глаза, заговорила на своем языке. – Хурамазда та урних толюс исконо брание крипитолос…
– Первый полюсид, – пояснил Селим. – Они сделали из него Святого. Это его алтарь. Здесь собирались высшие чины полюсидской власти для поклонения и выражения всенародной любви.
– Почему эта скульптура установлена под землей?
– Потому что первые полюсиды жили в подземных пещерах. Зари-ма, куда теперь?
