Я оставил Генри далеко позади. Чудовище сверкало на вершине. Я быстро преодолел первые двести футов и бросил взгляд наверх; чудовище успело обзавестись еще двумя головами. Из ноздрей вырывался огонь, а хвостом оно колотило по склонам горы. Я поднялся еще на сто футов и теперь, на фоне идущего от вершины яркого сияния, мог хорошо различить фигурку Малларди, упорно продвигающегося вверх. Я махал ледорубом и, тяжело дыша, бился с горой, двигаясь по его следам. Я начал догонять его; Малларди приходилось пробивать дорогу, а я пользовался его тропой. Потом я услышал, как он бормочет.
— Подожди, дружище, еще рано,— донесся его голос, искаженный статическими помехами в коммуникаторе,— Вот уступ...
Я посмотрел наверх — Малларди исчез.
Потом я увидел, как огненный хвост ударил туда, где он только что находился, услышал проклятья и почувствовал вибрацию пневматического пистолета. Хвост ударил еще раз, и раздались новые проклятья.
Я торопился изо всех сил, используя вырубленные Малларди небольшие ступеньки, ксу-да услышал, как он запел. Кажется, что-то из Аиды.
— Черт тебя подери! Подожди меня! — крикнул я,— Мне осталось всего несколько сотен футов.
Он продолжал петь.
У меня начала кружиться голова, но нельзя было замедлить подъем. Правая рука одеревенела, а левая стала как лед. Ноги словно превратились в копыта, глаза жгло невыносимым огнем.
И вот тогда-то это и случилось.
Вспышка такой яркости, что я пошатнулся и чуть не полетел вниз. Одновременно пение прекратилось, дракон исчез. Я прижался к вибрирующему склону и крепко зажмурил глаза, чтобы хоть как-то защититься от света.
— Малларди,— позвал я.
Ответа не было.
Я посмотрел вниз. Генри продолжал подниматься. Я тоже двинулся вперед.
Я добрался до выступа, который упоминал Малларди. Там я его и нашел.
Его респиратор еще работал. Защитный костюм с правой стороны был опален и почернел. Ледоруб наполовину расплавился. Я приподнял его за плечи и, увеличив громкость коммуникатора, услышал его неровное дыхание. Его глаза то открывались, то закрывались.
— Порядок...— прошептал он.
— Порядок, черт тебя побери! Где болит?
— Нигде... я прекрасно себя чувствую... Послушай, я думаю, сейчас она ослабела... Иди, установи флаг. Только поверни меня, чтобы было видно. Я хочу видеть...
Я устроил его поудобнее и нажал кнопку подачи воды, чтобы он мог напиться. Потом подождал Генри. Он добрался до нас минут через шесть.
— Я останусь здесь,— сказал Генри, садясь рядом с Малларди,— а ты иди. Сделай это.
Я начал подъем на последний склон.
Мой ледоруб без устали поднимался и падал, я стрелял из пневмопистолета и полз, полз вверх. Часть льда растопилась, камень местами почернел.
Никто и ничто не мешало мне. Электрические твари исчезли вместе с драконом. Тишина да сияющие в темноте звезды.
Я поднимался медленно, усталость после погони за Малларди еще не пропала, но я решил больше не останавливаться.
Весь мир — не считая шестидесяти футов скалы вверху — лежал подо мной; небо служило ему потолком. Где-то неподалеку мигнула ракета — может быть, это фотокорреспондент щелкнул камерой.
Ни птиц, ни лучников, ни ангела, ни девушки.
Пятьдесят футов...
Сорок футов...
Меня начало трясти: сказывалось нервное напряжение. Я заставил себя успокоиться и двинулся дальше.
Тридцать футов... Казалось, гора начала раскачиваться.
Двадцать пять... У меня закружилась голова, пришлось остановиться, попить воды.
Клик, клик — снова застучал мой ледоруб.
Двадцать...
Пятнадцать...
Десять...
Я собрался с силами для последней атаки, готовый к любым неожиданностям.
Пять...
Я взошел на вершину. Ничего не произошло.
Я стоял наверху. Выше подниматься было некуда.
Посмотрев вниз, а потом вверх, я помахал сверкнувшей невдалеке ракете. Я достал телескопический шток, растянул его и надел на него флаг.
Укрепил флаг. Здесь никогда ветер не расправит его...
Затем включил коммуникатор и бросил:
— Я здесь.
И ни слова больше.
Настала пора возвращаться и дать возможность подняться Генри, но сначала я бросил взгляд на западный склон.
Леди снова подмигивала мне. Футов на восемьсот ниже горел красный огонек. Может быть, тот самый, который я видел из города во время бури, той ночью, так давно?
Я не знал, но мне необходимо было узнать.
И я произнес в коммуникатор:
— Как дела у Малларди?
— Я только что встал на ноги,— ответил он сам.— Дай мне еще полчаса, и я залезу к тебе.
— Генри,— спросил я,— как ты считаешь?
— На вид с ним все в порядке,— ответил Лэннинг.
— Ну,- сказал я,— тогда давайте, потихоньку. Когда вы доберетесь до вершины, меня уже тут не будет. Спущусь немного вниз по западному склону — хочу проверить кое-что.
— Что?
— Не знаю. Поэтому и иду туда.
— Будь осторожнее.
— Ну, я пошел.
Спускаться по западному склону было легко. Через некоторое время стало ясно, что свет исходил из отверстия в склоне горы.
Через полчаса я стоял перед ним.
Я шагнул туда и был ослеплен.
Мерцающая стена огня закрывала вход в пещеру от пола до потолка; она пульсировала, дрожала и пела.
Огонь не давал мне пройти дальше.
Она была там, и я хотел добраться до нее.
