— Когда мы заключили сделку,— заявил он,— ты сказал мне, что можешь провести меня за собой вокруг света и показать мне вещи, которые восхищали Человека. Моя скорость больше твоей, поэтому я приготовил для тебя камеру. Войди в нее и покажи мне места, о которых ты говорил.
Мордел издал высокий писк.
— Хорошо,— сказал он и въехал на пандус.
Камера закрылась. Связь с внешним миром осуществлялась только через сделанное Фростом кварцевое окно. Мордел назвал координаты, они поднялись в воздух и покинули Северный полюс Земли.
— Я контролировал твою связь с Дивкомом. Вы говорили о том, смогу ли я задержать тебя и послать к Дивкому твою копию для шпионажа.
— Ты сделаешь это?
— Нет, я выполню условия сделки. Мне незачем шпионить за Дивкомом.
— Ты знаешь, что тебе придется выполнить условия сделки даже вопреки твоему желанию. Солком не придет тебе на помощь, потому что ты осмелился заключить эту сделку.
— Ты рассуждаешь, рассматривая такую возможность, или знаешь точно?
— Я точно знаю.
Они сделали привал в месте, которое некогда было известно как Калифорния. Близился закат. Вдалеке равномерно шумел прибой. Фрост выпустил Мордела и оглядел то, что его окружало.
— Эти большие растения...
— Калифорнийское мамонтовое дерево.
— А вот эта зелень?..
— Трава.
— Так я и думал. Почему мы здесь?
— Потому что это место, некогда восхищавшее Человека.
— Чем?
— Оно живописно, красиво...
— О!
Фрост издал жужжащий звук, который сопровождался серией резких щелчков.
— Что ты делаешь?
Фрост расширил отверстие, и сквозь него на Мордела стали смотреть два огромных глаза.
— Что это?
— Глаза,— сказал Фрост.— Я сконструировал аналог человеческой системы восприятия. Теперь я могу видеть, слышать, чувствовать запах и вкус, как Человек. А сейчас направь мое внимание на объект или объекты красоты.
— Насколько я понимаю, это все, что тебя окружает,— сказал Мордел.
Раздался какой-то мурлыкающий шум с еще большим количеством щелчков.
— Что ты видишь, слышишь, какой вкус и запах ты ощущаешь? — спросил Мордел.
— То же, что и раньше,— ответил Фрост,— но в гораздо более ограниченном диапазоне.
— Ты чувствуешь красоту?
— Может, после стольких лет ничего и не сохранилось,— проговорил Фрост.
— Предполагается, что такого рода вещи не устаревают,— сказал Мордел.
— Возможно, мы выбрали не самое подходящее место для проверки моего нового оборудования. Вероятно, здесь не так уж много красоты, и я мог ее не заметить. Наверное, первая эмоция слишком слаба, чтобы проявиться.
— Как ты себя чувствуешь?
— Я тестирую себя на нормальном уровне функционирования.
— Наступает закат,— сказал Мордел,— попробуй с ним.
Фрост переместил свой корпус так, чтобы глаза смотрели на закат. Он заставил их сощуриться на заходящие лучи.
Когда солнце зашло, Мордел спросил:
— На что это похоже?
— Похоже на восход, но в обратном порядке.
— Ничего особенного?
— Именно.
— О,— сказал Мордел.— Мы можем двинуться в другую часть Земли и посмотреть на закат еще раз или полюбоваться восходом.
— Нет.
Фрост смотрел на большие деревья, отбрасывающие тень. Он слушал шум ветра и пение птиц.
Вдалеке раздался равномерный лязгающий шум.
— Что это? — спросил Мордел.
— Не знаю. Один из моих работников? Не думаю. Возможно...
Мордел издал пронзительный всхлип.
— И это не работник Дивкома.
Они подождали, пока шум станет громче.
Потом Фрост произнес:
— Слишком поздно. Мы должны подождать и выслушать ее.
— Что это?
— Древняя Камнедробилка.
— Кажется, я что-то слышал о ней, но...
— Я Камнедробилка,— раздалось по радио.— Слушайте мою историю...
Она загромыхала к ним, скрипя огромными колесами; бесполезный гигантский молот висел высоко на изогнутом крючке. Из дробильного отсека торчали кости.
— Я не хотела этого делать,— передавала она,— я не хотела этого делать, я не хотела...
Мордел покатился назад к Фросту.
— Не уходите. Останьтесь и послушайте мою историю...
Мордел остановился, повернул свою башенку к машине. Она находилась уже совсем близко.
— Это правда,— сказал Мордел,— она может приказывать.
— Да,— сказал Фрост,— я наблюдал за ней тысячи раз, когда она сталкивалась с моими помощниками. Они прерывали работу, чтобы слушать ее передачу. Приходится делать то, что она говорит.
Она остановилась перед ними.
— Я не хотела этого делать, но остановила молот слишком поздно,— проговорила Камнедробилка.
Они молчали. Камнедробилка парализовала их приказом, который взял верх над всеми другими директивами.
