- Вчера ночью я делал, как обычно, обход, смотрел, чтоб никаких гуляк здесь на ночь не осталось, или дети какие не заплутали, мало ли что. Когда подошли к этой стороне кладбища, смотрю, Молчун меня в эту сторону тянет, ну я сразу смекнул, что там кто-то есть. Подумал вначале, что дитё какое на спор с приятелями сюда пробралось, чтоб розу с куста сорвать. Ну, я и решил подкрасться к нему, чтоб его, стервеца, проучить, значит, чтоб ночью по кладбищу не лазил. Подходим мы с Молчуном тихонько, чтоб его не спугнуть; смотрю - возле склепа кто-то возится, вроде как дверь открыть пытается. Ну, я сразу смекнул: могильный вор. И гаркнул во весь голос, чтоб страху навести: "Стоять!" А он в начале, с перепугу, видать, дёрнулся, а потом в ответ тоже что-то крикнул - и на меня как-будто ледяную рубаху надели. Холод был такой, что даже пошевелиться не мог, дышал через раз. Крикнуть было захотел, да сил не хватило и звука издать. Где стоял, там и упал; и пёс мой рядышком со мной упал, видать и ему досталось. Потом тот, кто возле склепа возился, вроде как к нам подошёл, посмотреть, значит. Пощупал меня, что-то буркнул, и отошёл назад к склепу. Потом что-то там стукнуло, видать, дверь высадил. Внутри он там недолго возился, скоренько выбежал. А мы с Молчуном моим так и лежали, к утру только оттаивать потихоньку стали. Тут нас как раз и нашли, местная ребятня, пролезшая сюда, чтобы озоровать. Они ж и стражу сюда привели, а те уж вам сообщили.
- В склепе что-то пропало?
- Нет, - отрицательно мотнул головой старик. - Кроме головы старого герцога там всё на месте. Да и нечему там было пропадать. Их же после того, как в замке порубали, в чём были, в том и похоронили, в ночных рубашках, значит. Там же и детки с ними лежат, всей семьёй они там. А золота или украшений там не было: всё с тел поснимали вояки, их порубавшие, так что кроме костей брать нечего было.
- Так зачем же туда полезли? Не за костями же? - не удержавшись, спросил я.
- А вот этого я не знаю, - ответил сторож, наконец, взглянув на меня. - Это надо спрашивать у того, кто здесь лазил, что ему в склепе у герцога понадобилось.
- Может быть, это был призрак? - решила блеснуть умом моя спутница.
- Нет, - старик решительно мотнул головой. - Это не беспокойная душа. Уж я бы её от живого человека отличил. Довелось повидать на моём веку.
- А вы не расслышали, что именно сказал тот, кто на вас напал, когда подходил? - опять Ясмера всё расспросы свои продолжает, а я как раз хотел старика расспросить, где это он призраков мог видеть.
- Расслышал, отчего ж не расслышать. Со слухом у меня, хвала богам, всё хорошо. "Ашанас" он вроде сказал, когда меня трогал.
Ясмера кивнула, как будто слова старика подтвердили её догадку.
- Мне нужно вас осмотреть, чтобы понять, что это за заклинание, и попытаться взять след того, кто его сотворил.
Старик взглянул на своего пса, весь разговор дремавшего на солнце, положив свою большую голову сторожу на колени, как будто спрашивая его согласия.
- Смотрите, если надо. Мы с Молчуном не возражаем.
Ясмера подошла к ним, и долго водила руками, сначала над стариком, а потом над его собакой, и лицо у неё во время этих действий стало каким-то сосредоточенным и хмурым.
- Я закончила, - сказала она наконец, перестав водить руками. - Спасибо, почтенный, за то, что вы нам помогли.
Она поклонилась, и направилась к выходу из кладбища. Я последовал за ней, когда меня неожиданно окрикнул сторож:
- Я помню тебя, когда ты ещё мальцом лазил на это кладбище. По-хорошему, надо было тебя тогда отодрать крапивой, да за ушко привести к матери, чтоб она тебе рассказала, что кладбище не место для игр. Но я не стал тебя позорить, в память о твоём отце. И сейчас я хочу тебе дать добрый совет, так как твой отец тебе его дать не сможет: не лезь в это дело. Я сам разберусь с тем, кто здесь проказничал.
- А почему вы Ясмере ничего не сказали? - выпалил я первое, что пришло в голову от неожиданности.
- Она девочка умная, и не полезет туда, куда не надо лезть. А вот тебе по молодости и глупости голову и снесут, так и не успеешь поумнеть.
- Я Озарённый, Солнечный воин, и сам кому хочешь что хочешь снесу! - вспылил я. Попрёки на мою глупость и молодость бесили меня почти так же, как маги или волшебство.
- Ну, смотри. Твой отец хоть сына успел увидеть, а ты и усов вырастить не успеешь, если и дальше будешь лезть вперёд головой, не думая самой головой.
На это я решил ничего не отвечать, и пошёл догонять мою спутницу, успевшую уже далеко отойти. Назад мы шли вдвоём. Ясмера всю дорогу о чём-то размышляла, а я глазел по сторонам. Гарам - крупный портовый город, и в это время года на его улицах толклось множество людей: купцы, моряки, паломники с севера и юга. Разноязыкая речь разносилась по улицам, а шум, казалось не утихал никогда.
