С 1815 г. Константин постоянно жил в Варшаве, там он и узнал о смерти старшего брата, однако раньше, чем Николай в Петербурге. Поведение Николая до сих пор непонятно историкам. Без сомнения, он должен был знать о манифесте 1823 г., тем не менее 27 ноября, через час после приезда из Таганрога курьера с известием о смерти Александра, присягнул Константину как императору. Затем в Государственном совете открыли пакет с манифестом 1823 г., но еще до того Петербург, Москва и вся страна были приведены к присяге Константину. Ситуация в империи чрезвычайно обострилась. На 14 декабря — день, когда в Петербурге вспыхнуло восстание декабристов, — была назначена «переприсяга». Но возвратимся к монетам.
Сразу же после 27 ноября на Петербургском монетном дворе началось изготовление пробных образцов новой монеты — рублевика царя Константина. Министр финансов Канкрин и его окружение хотели отличиться перед новым властителем, поднеся ему при коронации уже готовые рублевики с его именем и профилем (табл. V,
Понятно, что после 14 декабря работу над «Константиновским рублем» (под таким названием он вошел в нумизматику) прекратили, а несколько этих случайно сохранившихся монет представляют сейчас чуть ли не наибольшую нумизматическую редкость и ценность. Науке известно только семь таких монет, некоторые из них сохраняются в Советском Союзе, а два или три экземпляра еще до революции оказались за границей.
Ко времени воссоединения с Россией на Украине сосуществовали в обращении польские, литовские, русские, шведские, венгерские, немецкие, голландские, бельгийские, итальянские и множество других монет. Понятно, что употреблялись они не в соответствии с указанным на них номиналом — разбираться в разных монетных системах простому человеку было трудно, — а по стоимости монетного металла. Но подробнее об этом мы расскажем в следующем разделе.
Иначе обстояло дело в России. С самого начала чеканки монет в Москве, Рязани, Новгороде и других городах принимались меры, чтобы обеспечить собственной монете исключительное положение на внутреннем рынке. Под страхом наказания законодательство запрещало не только пользоваться иноземными монетами на территории России, но и ввозить их туда. В то время как на Западе употреблялись монеты различных размеров и стоимости (различных номиналов, как говорят нумизматы), в России до начала XVIII в. пользовались монетами по сути единого номинала — мелкими серебряными копейками.
Копейки имели ряд преимуществ перед западноевропейскими монетами, в частности были более высокопробными. Однако в повседневном обращении они вызывали множество осложнений: с одной стороны, это были слишком большие деньги, чтобы купить ломоть хлеба (тогда годовой заработок ремесленника едва превышал рубль), а с другой — неудобные для выплаты значительных сумм. Например, для того чтобы возвратить долг в сорок рублей, нужно было отсчитать одну за другой четыре тысячи копеек! Нередко люди разрубали копейку на несколько частей, создавая тем самым разменные деньги, а это преследовалось законом.
Такое положение в России продолжалось до 1654 г. Правительство царя Алексея Михайловича осуществило денежную реформу, основная цель которой состояла в том, чтобы пустить в обращение монеты крупнее копейки.
Сначала попробовали выпускать серебряные рублевики, перечеканивая для этого западноевропейские талеры (табл. VI,
Клейменые талеры находились в обращении до 1659 г., когда царское правительство запретило их применять и выкупило у населения. Это было легко сделать в собственно России, население которой привыкло к тому, что правительство полностью регулирует денежное обращение, и трудно на Украине, где «ефимки с признаком» сразу потерялись в массе обычных талеров и применялись наравне с последними. Находки в кладах свидетельствуют о том, что население Украины пользовалось талерами с царскими знаками вплоть до начала XVIII в.
Настоящие рублевики были выпущены впервые при Петре I в 1704 г.
Тысячи кладов старинных монет найдены на Украине, а поток находок не ослабевает. Ежегодно газеты и радио сообщают о нескольких кладах, выкопанных в поле, обнаруженных в дупле старого дерева или в стене полуразрушенной церкви. Ежегодно на рабочие столы ученых и музейных работников ложатся сотни и тысячи монет, которые нуждаются в обработке по изложенным выше правилам. Материал вновь найденных кладов заставляет ученых пересматривать уже упрочившиеся взгляды на денежное обращение прошлого, вносить коррективы в них.
