Клады Отечественной войны полностью

Давайте вернёмся в своих рассуждениях несколько назад и рассмотрим данную ситуацию более подробно. Как следует из приведённых мною выше выдержек из воспоминаний всевозможных участников тех событий, основная масса вывозимых из страны ценностей распределялась между двумя основными обозами. Первый обоз уже покинул Красный и двигался к Орше. Второй, составной обоз, охраняемый «молодой» гвардией, тащился из Корытни. Взять первый обоз было, в общем-то, нетрудно. Войска, его охранявшие, были хотя и отборны, но малочисленны. Но нападать на него было просто некому, поскольку все боеспособные части Кутузова, Платова, Давыдова, Орлова-Денисова были нацелены на основную армейскую группировку французов, в которой двигался и сам император, и второй обоз с трофеями. И конечно, для них было гораздо важнее остановить и столкнуть с дороги именно эту самую многочисленную и боеспособную группировку. Ведь в случае успеха всей затеи появлялась реальная возможность заставить армию захватчиков свернуть вправо, в сторону Маньково, а затем прижать к Днепру, причём в том месте, где не было мостов вообще, и принудить к сдаче. «Первый золотой» обоз, вестфальцев, польскую дивизию и ещё кое-какие части можно было догнать и добить впоследствии.

Но... военное счастье вообще переменчиво, и совсем небольшое запоздание наших сил не позволило осуществить сей гениальный план в полном объёме. Вот как об этом пишет сержант Бургонь, непосредственный участник сражения.

«В тот день (14 ноября) император ночевал в Корытне, а мы (“молодая” гвардия) немного позади в лесу. На другой день мы выступили раненько (понимали, что надо торопиться) направляясь в Красное, но, прежде чем войти в город, голова императорской колонны была остановлена двадцатью пятью тысячами русских, заграждавших путь. Но гренадеры и егеря сгруппировались тесными колоннами и русские отступили. Два часа спустя после стычки с русскими, в Красное прибыл император с первыми полками гвардии, нашим полком и фузилерами-егерями».

Такому успеху французов способствовало то, что Красный был недавно занят их подразделениями. Там был польский гарнизон (сильно потрепанный впоследствии), подходили вестфальцы с артиллерией, туда же прибыла и польская кавалерия, вынужденно свернувшая с окружной дороги на дорогу основную. Вымотанные длительным переходом, не выстроившиеся толком в боевой порядок русские силы были хотя и многочисленны, но совершенно небоеспособны. Количество наших войск, противодействующих французам, сильно разнится от автора к автору но, разумеется, численность их была невелика. О 25 тысячах (упомянутых Бургонем) речь, разумеется, не шла.

Решительная атака французов одновременно и с фронта и с фланга русской группировки позволила им расчистить себе путь, но не способствовала ускорению продвижения обозных колонн.

Вспоминает месье Булар, командовавший в тот период артиллерией в основной колонне. «Прибыв сюда (к Лосминскому оврагу) вечером, я тот час увидел полную невозможность перейти овраг сейчас же и поэтому отдал приказ остановиться и покормить людей и лошадей. Генерал Киржене, гвардейского инженерного корпуса, командовал моим конвоем. После трёхчасового отдыха мне донесли, что движение экипажей приостановлено, и переход через мост прекращён, так как невозможно проникнуть через скопившиеся здесь экипажи. Зная критическое положение, в котором я находился благодаря близости казаков к моему левому флангу, я решился двинуться вперёд и проложить себе дорогу силой сквозь эту беспорядочную кучу экипажей».

Естественно, ведь лёд на озерце был уже взломан утром (там три подводы утонули, помните?), а до дальней плотины добраться было совершенно невозможно. Фактически для переправь, на левый берег действительно оставался лишь один узкий мостик.