Хаттон продолжал пилить. Сгустки крови и клочки мышц выплюнули из мясистой бороздки; его маска и плащ были испещрены этим. Затем нога лошади отделилась от туловища. Хаттон выключил пилу и приступил к работе с большим скальпелем для вскрытия трупа, сделав глубокую рану в животе животного снизу. Он был маньяком. Он ухмыльнулся, как сумасшедший, сквозь заляпанный кровью козырёк.
- Вот! - крикнул он. Из раны голыми руками он выдернул лоскут пожелтевшей ткани. - Немного старого доброго мезовария! Видите? - он швырнул его на пол и вырвал ещё. - Немного брюшной ткани, немного стромы! Лоскут, лоскут! - всё упало на пол. - А вот и почка! Упс! Моя ошибка! Это не она!
Шлёп!
То, что он вынул, выглядело как большая полоска стейка с комком на конце.
Он бросил его на стол.
- Видите это?
Лидия мрачно кивнула.
- Это репродуктивная система, ампула, левая сторона. Видите эту шишку?
- Ага.
- Это яичник. После мозга это самый сложный орган в организме, и, как и яички самца, он самый тяжёлый. Тяжелее сердца, почек и так далее. Он плотный, с тяжёлыми клетками, твёрдый. Понимаете?
- Думаю, что да.
Хаттон проколол зародыш яичника скальпелем. Из прокола сочились сгустки красновато-серой кашицы.
- Видите-видите? - сказал он. - Он почти разжижен, как и яйца другой лошади. Но они не должны быть такими. Они по-прежнему должны быть твёрдыми.
- Они разложились, - отважилась Лидия.
- Нет, нет, нет! - рявкнул Хаттон. - Не было времени. Животные не пролежали и двенадцати часов, прежде чем мы их остудили; они всё ещё были в норме. Эти органы не могли разложиться до такой консистенции за двенадцать часов ни при каких условиях.
- Может, это болезнь, рак или что-то в этом роде.
- Рак? В каждом отдельном животном одновременно? Этого не может быть! - он вымыл руки в металлической раковине и с отвращением встряхнул их о стену. - Я должен быть здесь экспертом. Дерьмо! Мои люди захотят объяснений, а я не могу их дать. Я ничего не знаю больше, чем в ту минуту, когда мы приехали.
Теперь Лидия поняла, почему он уклонялся. Это было абсурдное зрелище. Унылый взрослый мужчина сидел в забрызганном кровью плаще, капюшоне и маске.
- Как вы можете определить, что агроусадьба безопасна для повторного проведения расследования, если вы не знаете, что убило животных?
- Государственный протокол, - сказал он, пожимая плечами. - Мы просто следовали стандартным юридическим процедурам. Все анализы крови оказались отрицательными, что соответствовало критериям государственного карантина. Мы всё проверили и ничего не нашли; ко мне днём и ночью приходили и уходили лабораторные курьеры. Мы исчерпали все стандартные тесты на обнаружение. В корме не было токсинов плесени, ядов, бактерий и всё было в порядке с водой. Мы даже провели тесты на траве, почве и грунтовых водах. Ничего такого.
- Так что насчёт этого? - она указала на проколотый яичник.
- Всё, что я могу сказать, это то, что у нас есть ещё не обнаруживаемый фактор, который повредил репродуктивные органы каждого животного на этой территории. Ради бога, даже цыплят! - он покачал головой в полном разочаровании. - Вы когда-нибудь пробовали вскрыть цыплёнка?
- Не могу сказать, что я это делала, - сказала Лидия.
- Шеф Уайт в главном офисе, - сообщил ей сержант Пирс, когда она вошла на станцию.
Он быстро спрятал в ящик глянцевый журнал под названием Pizza Slut. Поркер сидел за столом регистрации, занимаясь коробкой шоколадно-кремовых пончиков SafeWay. Когда вошла Лидия, он держал взгляд опущенным.
Пирс улыбался, открывая и закрывая цилиндр своего Ruger Blackhawk.
Щёлк, щёлк. Щёлк, щёлк.
Улыбались и другие офицеры, пришедшие на смену. Она снова взглянула на Поркера, но он всё ещё отказывался поднимать глаза.
- Лучше передай этот предварительный отчёт шефу Уайту сама, - посоветовал Пирс.
Щёлк, щёлк. Щёлк, щёлк.
Он улыбался.
- Он ждёт этого.
Лидия уехала в Главную Администрацию.
Что-то происходило, и ей не хотелось не знать, что именно. Личный автомобиль Уайта был припаркован рядом с Rolls-Royce декана. Внутри она прошла мимо деканата. Когда она проходила, мужчина поднял глаза от своего огромного тикового стола.
- Офицер Прентисс! Пожалуйста, зайдите!
Лидия вошла.
- Доброе утро, сэр.
- И вам доброго утра. Вы проделали отличную работу вчера в Северной Администрации. Шеф Уайт рассказал мне всё об этом.
«А шеф Уайт сказал вам, что не собирается дальше расследовать это дело?»
- Спасибо, сэр.
- И я надеюсь, что вы понимаете необходимость пока что не акцентировать внимание на некоторых деталях инцидента.
«Конечно, солгать публике для удобства».
Лидия кивнула.
- Хорошо, хорошо! - сказал декан.
Он пытался быть радушным, но Лидия знала, что он позвал её только для того, чтобы предупредить не болтать лишнего.
- Продолжайте в том же духе, - добавил он. - И хорошего дня!
- Вам тоже, сэр.
