— Сто тысяч, пятьдесят авансом сразу.
— Не круто ли берёшь, парень? — прищурившись, спросил он.
— В самый раз, господин Адеми, — улыбнулся я.
— Хорошо, так где мне тебя найти?
И тут я понял, что он точно меня сольёт. Сто тысяч — огромные деньги, и если он без торга согласился, то судьба моя уже предрешена.
— Господин Адеми, через два дня в полдень, в центральном банке. И вы при мне передадите залог госпоже Толсен.
В помещении воцарилась тишина, было слышно, как скрипят зубы Далмата, но мне было всё равно, я решил выжать из этой ситуации максимум.
— Через два дня в полдень, — процедил он.
****
В белоснежном костюме и с тросточкой в руке Кумар Нима сошёл с борта Лондон—Лимасол. Поверенный в дела лорда Веллингтона, начал своё собственное расследование. Целую неделю его отдел проверял самые резонансные события в Империи за последние два года и в конце выдал первый пункт назначения — Кипр. Именно на этом острове вскрылся скандал с несовершеннолетними одарёнными, которые бесплатно работали на Империю в трудовых лагерях. У трапа самолёта его поджидала машина с посольскими номерами. Отдав водителю ручную кладь, он уселся на заднее сиденье.
— В ресторан Шанти, — скомандовал он, когда водитель вернулся в машину.
— Господин Нума, но нас ожидает посол, да и обед уже готов, — попробовал возразить первый помощник посла.
— Передайте господину послу мои искренние сожаления, но сначала дело, — отрезал Кумар.
Через тридцать минут посольская машина притормозила у неказистого ресторана. Брезгливо поморщившись, Кумар толкнул входную дверь.
— Ждите меня здесь, — бросил он своим спутникам.
— Но, господин Нима, — начал было помощник посла.
— Ждите меня здесь, — сквозь зубы процедил Кумар.
Войдя в полутёмное помещение, он огляделся. Мда, местечко мрачновато и за милю несёт криминалом, но именно эти люди и нужны были ему сейчас. Наконец, глаза привыкли к полутьме, и он прошёл к барной стойке, где лениво протирал стаканы бармен.
— Мне нужен Анил Коткар, — повелительным тоном сказал Кумар.
— Кто его спрашивает? — лениво спросил бармен.
Вместо ответа, Кумар достал жетон и положил на б
— Мне нужен Анил Коткар, сейчас, — поправился он.
Целая гамма чувств промелькнула на лице бармена. Довольно забавно было смотреть, как меняется его лицо от недоверия до панического страха. Ну а как же иначе, жетон магистра гильдии убийц Вишканья открывает любые двери в индийских притонах, и пусть Кумар и не состоял в гильдии, но жетон был что ни на есть настоящим и был выдан ему главой гильдии в знак признания. В своё время он убедил лорда Веллингтона помочь главе гильдии с его непутёвым сыном, а вот сейчас этот жетон поможет уже ему самому. Бармен вышел из ступора и пригласил пройти. Поднявшись на второй этаж, бармен осоторожно постучал в дверь.
— Открыто, — раздалось изнутри.
Кумар отодвинул бармена и толкнул дверь.
Сидя в бизнес-классе салона самолёта, Кумар изучал документы. Анил Коткар оказался расторопным малым, увидев жетон магистра и выслушав его просьбу, он попросил пару дней для сбора материала. Ровно через два дня пухлая папочка легла на его стол. С первой же страницы личного дела некоего Патрика Шарпа, на него глядела фотография молодого лорда Веллингтона с рыжими волосами Скарлет О'Хара. Никакого ДНК теста тут не надо, бастард лорда Велингтона нашёлся. Так что подхватив папочку, он ближайшим рейсом вылетел назад в Лондон, а документы он уже просмотрит по пути назад. Сейчас же было важнее предупредить лорда от поспешных шагов, что временами было совсем непросто, учитывая импульсивность лорда.
****
Сидя в кафейне, я листал личное дело Марка Бисмута. Более положительного человека трудно было бы отыскать, даже если задаться такой целью. Отличный семьянин, не пьёт, не курит, связей, порочащих себя, не имеет, характер — нордический, стойкий. Имеет государственные награды за вклад в науку. Почётный председатель различных сообществ. У него даже хобби положительно нейтральное — шахматы.
Ну и что мне с этим делать, скажите пожалуйста? Худшей кандидатуры для разработки и не придумаешь. «Шахматы», — моё сознание зацепилось за это слово. Я уже провернул одно дельце с помощью шахмат, правда, там были только мастера, а тут публика посерьёзней будет. Не люблю повторяться, только вот другого выбора у меня нет. Правда, против них я ничего не смогу сделать, разнесут в пух и прах. Интересно, а какой рейтинг у Бисмута? «Тэкс, где тут шахматный сайт», — пробормотал я, доставая телефон. После небольших поисков я нашёл официальный сайт мировой шахматной федерации. «Ого, а неплохо», — Бисмут пребывал в первой сотне, на девяносто третьем месте. Для человека в возрасте пятидесяти пяти лет — очень даже приличный результат. Так, а что там с его профайлом? Ага, вот, нашёл. Итак, лучшее место — 58 (десять лет назад), в крупных турнирах редко участвует, а вот для поддержания рейтинга играет регулярно. Понятно, для него это действительно хобби. И что мне с этим делать? Ничего. Нужно найти нетривиальное решение.
