– Что?.. Что произошло? – Хан бросился к ней, упав на колени. Его взгляд искал возможные раны, но не находил. – Скажи мне, девочка, что случилось?
Тоя с трудом сфокусировала взгляд на нем.
– То место… – начала она безжизненным, пустым голосом без единой эмоции, так непохожим на ее обычный голос, – оно пропитано множеством смертей… Там умерло так много людей, что я даже не могу сказать, сколько их было.
Каждый из клана серебровласых в той или иной мере мог ощущать биение жизни. Но Тоя была особенной. Она могла ощущать эмоциональный предсмертный фон в местах, где смерть не сразу забирала свою жертву. Особенно если она долго и болезненно подкрадывалась к ним. За годы она научилась с этим справляться. Но видимо, даже для нее то место стало серьезным испытанием на прочность.
Ее способность – это тайна, о которой знали только он и Ахим. И все дело в ее отце, из-за которого он и поругался когда-то с сестрой. Тот тоже был из их народа, но из Проклятого клана. Существовал такой клан отверженных в их народе. Его всячески старались не замечать и игнорировать. Те в ответ платили остальным сородичам той же монетой.
«Лесной народ» владел силой жизни – всем тем, что включало в себя саму жизнь: природой, землей. Еще они славились своими целителями. Не такими, как драконьеры, но тоже очень умелыми. А вот Проклятый клан владел силой смерти. Они были некроманты, повелители мертвых…
Тоя, слава всем создателям, не унаследовала проклятого дара в полном объеме. Зато она хорошо могла чувствовать саму смерть. И Хан иногда пользовался этой ее способностью.
– Прости, девочка, – обнимая и прижимая племянницу к себе, произнес глава. – Прости, что подверг тебя такой опасности.
– Все хорошо, папа, – в ее голосе появилась хоть какая-то эмоция: усталость. Но больше всего его резануло это ее слово «папа»… Она называла его так только в минуты сильнейшего стресса.
– Мне надо просто немного отдохнуть… – это были ее последние слова перед тем, как она просто отключилась, уснув у него на плече.
Осторожно взяв Тою на руки, Хан перенес девушку на диван около своего рабочего стола и уложил на него, после чего заботливо укрыл одеялом.
Чуть постояв, он вышел из кабинета в приемную, где разместился за рабочим столом Тои. Здесь его примерно через час и застал брат.
– А ты почему здесь? – удивленно глянул на него Ахим. Выглядел он тоже не очень, ведь работал не меньше старшего брата.
– Там Тоя спит, – кивнул глава на кабинет. – Так что не шуми, – на всякий случай предупредил он, хотя стены были толстые и хорошо поглощали все посторонние громкие звуки.
– Что-то случилось? – обеспокоился младший брат, прекрасно зная, что дочурка их покойной сестренки никогда бы не стала спать в рабочем кабинете главы рода.
– Где там Каин? – не стал ничего говорить ему Хан.
– Сейчас подойдет, – сказал Ахим, все так же не отводя взгляда от брата. – Не пора ли тебе уже рассказать о вашем с Сараки разговоре? – настоятельно потребовал он ответа. – После него ты весь как бы на иголках. Послал куда-то малышку Тою… Так что с ней произошло?
– Она была в той лаборатории, из-за которой и заварилась та каша, – с неохотой ответил ему брат. – Вернулась никакая… Я ее никогда такой не видел. Видимо, зря я ее туда посылал, – вздохнул он с неким сожалением. – Поговорим об этом, когда подойдет Каин. Он согласен?
– Да… Я описал ситуацию, и он в принципе не против.
Ахим еще какое-то время буравил брата взглядом. «А ведь та темная действительно принесла какие-то дурные известия, от которых брат сейчас в таком мрачном настроении», – подумал он, присаживаясь на одно из кресел для посетителей, которых было предостаточно в приемной.
Вскоре объявился и Каин. Он как всегда смерил Хана далеко не дружелюбным взглядом и, не здороваясь, занял другое кресло.
– Я слушаю, – спокойно произнес он. – Что ты задумал на этот раз?
– Касаемо того дела, что вы расследовали тогда… Какие мотивы могли быть у тех, кто совершил эти преступления? – неожиданно для него спросил Хан.
Каин напрягся. Обычно он не обсуждал свою работу ни с кем из клана. Но по взгляду главы увидел, что тому действительно важно услышать его ответ.
– Мутное это дело… Чем больше мы пытались понять мотивы преступников, тем больше возникало вопросов к деятельности самой лаборатории… А прямое вмешательство империи только укрепило уверенность, что с этим делом что-то нечисто.
– Ты еще не встречался со своим бывшим напарником? – снова спросил Хан.
– Завтра договорились встретиться. – Каин хмуро посмотрел на главу. – Так в чем дело?
– У меня был разговор с Диной Сараки. И поэтому могу сказать вам, что это дело гораздо грязнее, чем вы думаете.
– Очень интересно, – задумчиво произнес бывший следователь, и в ожидании ответа пристально взглянул на своего главу. И только сейчас заметил, что тот ведет себя не так, как обычно. – Какое отношение к этому делу имеет глава одного из темных кланов?
