— Еще прежний владелец, хотел какой-то девиз написать, да всего одно слово успел и перевернул ведерко с краской, а когда краску ему привезли из города, раздумал продолжать, потому что многие путники, специально заезжали с тракта спросить, что это за странное название, вот он и оставил его. А я тоже не стал ничего менять, что пользу приносит — ответил трактирщик, не посмев такой посетительнице преподнести давно придуманную для гостей попроще, более романтичную легенду.
Далее он уверил даму, что лучше него, никто не расскажет о местности, в которой он родился, служил в наемниках и долго ходил с купцами охранником по самым глухим деревням.
Пока она неторопливо обедала, трактирщик подробнейшим образом отвечал на ее вопросы о дорогах и деревнях к северо–востоку от трактира. Рассказ свой он старательно иллюстрировал на карте, отмечая на ней угольным карандашом, не обозначенные, ввиду их незначительности, маленькие тропинки и ручьи.
Затем дама проявила интерес к людям, живущим в этой местности и, что было уж совсем удивительно, к маленьким детям. А точнее, к маленьким девочкам, заставляя трактирщика вспоминать, не слышал ли он о какой-либо особо примечательной девочке в последние несколько лет.
Вопросы ее были настолько странными, что вначале трактирщик даже заподозрил недоброе, хотя облик дамы, совершенно невозможно было связать с торговцами живым товаром. Но мало ли какие причуды могут возникнуть у пресыщенных столичных богачей. Пожилому отставному наемнику, степенному отцу трех дочерей, не хотелось принимать даже косвенное участие в их проказах.
Дама, проявив завидную проницательность, заметила его подозрения и поспешила их развеять. Бумага, которую она показала трактирщику, заставила его встать и почтительно поклониться. Столь серьезный документ, ему еще не приходилось видеть, хотя в его заведении иногда останавливались государственные люди большого ранга. Раньше, он только слышал о таких документах, защищенных магией. Переливающиеся всеми цветами радуги, они сами, опознавали своего истинного владельца. Если такой документ возьмет другой человек, то весь текст на нем исчезнет, а вместо него останется надпись яркими крупными буквами — «Верните документ истинному владельцу или сдайте его в любое Имперское подразделение. Вознаграждение гарантируется», ниже, такими же яркими буквами добавлялось «Попытка воспользоваться данным документом, будет приравнена к преступлению против Империи». Дама, специально дала ему подержать бумагу, чтобы он убедился в том, что документ принадлежит именно ей.
Бумага, подписанная самим Императором и заверенная печатью Императорской Канцелярии, строжайше предписывала всем Имперским чиновникам любого ранга, а так же всем офицерам, солдатам и стражникам Империи, оказывать всемерную помощь Пресветлой госпоже Тине, с каким бы вопросом она не обратилась. И далее, уже как личная просьба Императора, аналогичное обращение было адресовано к гражданам Империи, не состоящим на государственной службе, с гарантией вознаграждения от Императорского двора, за оказанные услуги.
Трактирщик, человек в прошлом военный, с большим уважением отнесся и к титулу дамы и к государственной значимости ее дела. Судя по бумаге и титулу, она была очень знатной персоной, поэтому, отбросив все сомнения, он постарался честно вспомнить слухи и сплетни последнего времени.
— Мой бывший сослуживец, Оргест, он сейчас староста в Липерцах, — трактирщик отметил на карте место — был у меня тут дней десять назад, и рассказал один случай. Мы с ним, по старой памяти, встречаемся раз или два в году, пивка попить и вспомнить былое. Я, честно говоря, не очень-то и поверил ему, хотя мужик он серьезный и просто так, обычно не болтает.
— Так вот, девочка, малышка совсем, пять или шесть годков всего, наделала переполоху в его деревне. Вступилась за своего приятеля, такого же малолетку, как и она, и отделала его пьяного отца так, что за лекарем хотели посылать, да вроде он сам оклемался на следующее утро.
— Ну как можно в это поверить? — Развел руками старый служака.
— Спасибо за рассказ, действительно очень любопытно — поблагодарила заметно повеселевшая дама — вот Ваам оплата и поторопите конюха, мне пора ехать. Хочу посмотреть на эту девочку. И, прошу Вас, не беспокоиться, с ней не случится ничего плохого.
Трактирщик закивал головой, соображая, что раз уж посланница самого Императора заинтересовалась этой девочкой, то не его ума это дело. Судя по ее виду и бумаге, которую она возит, летает эта дама на таких высотах, о которых он, скромный трактирщик, и не слыхивал. А потому, его задача, всемерно помогать Империи и выполнять предписания больших господ из Столицы, которые, верно, не просто так затеяли поиски.
