Истории о том, как «путешествия невольные», связанные со всяческими турфирмами разной степени порядочности, потихоньку трансформируются в «путешествия вольные», где человек берет на себя ответственность за свой маршрут, свой досуг и свою жизнь.
– Чего бы тебе загран не сделать и не поехать куда-нибудь в приличное место? – поинтересовалась Любава.
– Я родину свою люблю. И не знаю ее. Чего куда-то мчаться, когда в устройстве дома своего не разбираешься?
– Слушай, на Эльбрусе ты была, на Камчатке была, на Урале была, на Алтае была. Программу-минимум выполнила. Пора расширять горизонты. Или нет?
– Была-то я была, но что-то тут не то…
Да, Кланька любила свой огромный дом, свою необъятную РФ. Но ее обуревали сомнения, верный ли путь она избрала для познания своей страны. Все турфирмы, с которыми она связывалась, только поощряли ее лень. К тому же составлять-то маршруты они составляли, а вот от ответственности отказывались. Тогда какая разница? Почему не закупиться оборудованием, почему не начать изучать карты, почему, в конце концов, не поехать, куда глаза глядят?
Так, пропутешествовав десять лет с турфирмами, Кланька открыла для себя иную форму познания мира – вольное путешествие. Попыхтела, попереживала, но решилась-таки и взяла ответственность за свою жизнь на себя.
Автостопом в Апатиты
МС собралась в монастырь. Без шуток. Но прежде она должна была закончить свои мирские дела. И ее держало обещание, данное Кланьке несколько лет назад – показать ей самые чудные уголки Хибин.
В 6.30 утра Кланька оказалась на платформе Петрозаводска. МС поблизости не наблюдалось. Она вынырнула непонятно откуда ближе к 8.
– Проспала! А тут еще отдала рюкзак, мне его вернули, но надо забрать. Я у брата машину взяла. К 9.30 она ему нужна.
Они поехали на работу к МС. Там рюкзака не оказалось. Видимо, кто-то случайно опять забрал его в поход.
– Эх… Там же моя палатка!
МС задумалась, как решить этот ребус, при том, что все ее друзья-походники находились в путешествиях. Пока она думала, пришла пора отдавать машину брату. МС закинула Кланьку к себе домой и уехала. Что-то придумала. Вернулась.Опять уехала. Нашла-таки благодетеля, который поделился с ней рюкзаком и палаткой. Опять вернулась. Собралась. И в три выдвинулись в свой незабываемый тур.
У Кланьки был крайне бедный опыт автостопа, а еще она плохо представляла, что такое 800 км. Почему-то ей казалось, что до Апатит рукой подать…
Голосовали они часа два, пока молодая пара не сжалилась над ними, не сгрузила продукты в багажник и не предложила автостопщицам скромный уголок в своей машине среди яиц, пасатижей и прочих приятных мелочей. Ехали под музыку 90-х. Нога затекла. МС дремала. Под Медвежьегорском пришла пора просыпаться и продолжать голосование.
Поначалу Кланьке все это казалось весьма романтичным. Синее небо, теплый вечер. Никто не останавливается, но ничего… Зато у Кланьки появилось время осмыслить, что значит 700 км…
– Давай – не халтурь. Новичкам везет.
Оказывается, не всем и не всегда. Час, два… Солнце уже скрылось за горой. Настроение начало портится. Цифра 700 проступала явственнее. Тут рядом затормозила машина, и они познакомились с Антоном из Мурманска. Долго ли – коротко ли… Кланька то проваливалась в сон, то выкарабкивалась. Ночь не наступала, но сгущались сумерки. Дорога переходила в бездорожье, машина периодически катапультировалась. В промежутке между своими провалами в дрему Кланька вступала с Антоном в обсуждения китайского и арабского вопросов, экономической и политической ситуации в России, демографического кризиса, проблем потребления и проч.
– А вы сами откуда? – поинтересовался Антон.
– Я из Петрозаводска, а Кланька из Москвы.
Антон притормозил.
– Да… Из Москвы… Ну, выгонять уже как-то неудобно.
– Да, я готова, – протянула Кланька, – я ждала, что ты дверь откроешь и скажешь: пошла вон. Не впервой…
Проснулась в очередной раз Кланька от непонятной дроби. Или весьма понятной. По крыше барабанил дождь. Сумрак был препротивным.
– Где это мы уже?
– Приехали. Где вас высадить?
Что значит – приехали? Что значит – высадить? Вот так взять и высадить в это? В морось, холод и сумрак? Из теплой, уютной машины, которая стала за последние 8 часов как дом родной. Нет, может в Мурманск заскочим?…
– Где палатку можно поставить, – безапелляционно ответила МС.
Антона перекривило.
– Это как это? Чтоб я вас тут оставил? Непонятно где? В четыре утра. Нет. Я все же не согласен. Мы будем искать автовокзал. Переночуете там.
Они въехали в неприветливые Апатиты. На первой же остановке разглядели местных знаменитостей с подбитыми глазами, специфическими носами и философским выражением лица.
– А вы хотели в палатке? – не переставал поражаться Антон.
Увидав первый ларек, он затормозил и шагнул под дождь. Вернулся в состоянии легкого трепета.
– Ну, и народ…
Только стали отъезжать, как из ларька выскочила тетенька. Ее лицо было искажено ужасом. Она орала и размахивала руками. То ли Антон украл бублик у них, то ли обещал жениться.
– Стойте! Стойте!!!! – голосила женщина.
Антон открыл окно.
– Что?
– Туда! – еще активней замахала руками женщина. – Она сказала, туда! Туда едьте! Вон, вон туда!
– А…
Они проехали 100 метров и уткнулись в вокзал. Старый знакомый вокзал…
– Ну, удачи, – сказал Антон и уехал.
