5. Экономические выгоды. Доминирование социального феминизма может привести к более продуктивному и процветающему обществу. Дальнейшее расширение прав женщин может увеличить ВВП и способствовать инновациям и творчеству на рабочем месте…'
— О, да, умничка, — я застонал, поскольку язык Женьки очень активно ласкал мой член.
Девушка старалась. Я отложил смартфон и положил ей на голову обе ладони.
«Это же полномасштабный и очень глубокий заговор, по сути методика захвата власти и уничтожения оппонентов. Эти феминистические бандитки хотят захватить власть и уничтожить всех, кто против, то есть почти всех мужчин! Это же очевидно! С этим надо бороться!» — пронзила мысль.
В этот момент мои возбуждение и эрекция достигли пика.
Я взял Женьку за волосы и оторвал её от сладкой работы.
— А-а, что⁈ — её глаза были слегка затуманены.
— Садись сверху, Алмазик, давай скорее, — прохрипел я нежно.
— А, конечно, — томно выдохнула девушка.
Поправив волосы, она потерлась сочной промежностьй о мой поршень, потом взяла его пальчиками и усевшись в позу наездницы, начала направлять в своё жаркое лоно.
Я положил руки на её талию и то сжимал, то гладил.
— А-а, как же хорошо, — уже минутки через две Женька приспособилась и нашла нужный ритм.
Я гладил её тело, приминал сиськи, хлопал по бедрам и ягодицам.
— О, да-а-а, — через несколько минут активной скачки вскрикнула девушка и откинула назад голову. — Да-а-а-а! О-о, как хорошо…
Я оргазмировал почти одновременно с ней.
— Где ты так научилась? — поинтересовался, когда мы пришли в себя и лежали.
— Кино смотрела на одном закрытом форуме, — доверительно прошептала Евгения. — Секс у меня вот с тобой сейчас был первый, если не считать моих домашних игрушек.
— Порнушку смотрела, значит? — развеселилися я.
— Ну наверно. Интересно же, — она уткнулась лбом в моё плечо.
— Какая ты раскованная барышня, оказывается. А в школе была такая скромница! — я ущипнул её за сосок.
— Ай! Конечно скромная — то же школа. Хотя я удалась в прадеда и в прабабку, наверно.
— Это каким образом? — зевнул я.
— Я ж тебе не рассказывала! — оживилась она. — Точно, не рассказывала!
— О чём?
— О моём прадеде.
— Вроде нет. Жень, иди купаться, нам скоро на кабана выходить.
— Нет, подожди — я расскажу! — Алмазова чуть привстала и увалилась головой мне на грудь, а ладонью начала гладить живот.
— Женя…
— Короче, слушай, это такая отпадная история!
— Ну ладно, — вздохнул я и нащупал смартфон.
— Было это ещё в русско-японскую… — начала рассказывать девушка.
Я слушал её голос и продолжал листать форум — там были несколько различных методик, которые показались мне весьма опасными, если им не противодействовать.
Из рассказа Женьки следовало, что история с её предком по материнской линии произошла в бытность того унтер-офицером императорского флота. В декабре тысяча девятьсот четвертого года эскадра вице-адмирала Рожественского, которая шла на выручку Порт-Артуру и запертому там флоту, зашла в один из портов Германской Юго-Западной Африки на пополнение запасов. Плыли они из Балтики вокруг Европы и далее вокруг всей Африки.
— Это сейчас известно, что плаванье стало одним из самых продолжительных, трудных и эффектных в мировой истории, а тогда никто не знал, чем закончится эта семимесячная эпопея… — в голосе Евгении проявился легкий пафос.
— Ну и дальше что? На каком корабле Второй Тихоокеанской он служил? Мы знаем, чем всё кончилось — адмирал Того караулил наш флот в засаде и разгромил его за один день, даже солнце не успело тогда сесть, насколько я читал.
— Не в этом дело. Послушай же, милый…
Её предок служил на «Александре Третьем», одном из четырёх новейших броненосцев Второй Тихоокеанской. В порту под названием Людериц вся эскадра, а это сорок два корабля, задержалась чуть больше, чем на неделю. Бункеровка проходила плохо и тяжко, поскольку бухта была открыта для ветров и в то время года там были частые шторма и ливни.
— Хех, бункеровка! Какие ты слова знаешь, — усмехнулся я, продолжая слушать девушку и листать форум.
— Укушу, если будешь перебивать, — засмеялась она. — И да, я очень умная и всегда имела пятерки по истории!
— Собственно, а откуда ты эту историю знаешь?
— Да от прадеда же, который рассказывал её детям и внукам.
— То есть он выжил при Цусиме, что ли?
— Блин, Вит — ты дослушаешь? — чуть приподнялась на локте Женька. — Точно укушу сейчас прямо за ногу, — она провела пальцами мне по бедру.
— Ну ладно, ладно, — засмеялся я.
— Короче говоря, со слов прадеда, вся эта бункеровка проходила в ужасных условиях из-за сильных ветров и тропических ливней. Броненосец несколько раз в день заваливался бортом на свои бункеровщики, и даже вышел из строя поворотный механизм главной башни…
— Двенадцатидюймовых орудий, что ли? — я лениво перебил её.
— Ну да, наверно. В общем, прадед мой, Иван Иванович Смородинский, очень страдал, потому что из-за постоянных шквалов от отвратительной угольной пыли негде было спрятаться, она была везде…
— Ну и? — я подбодрил её.
