– В чем смысл этой встречи? – поинтересовался деп. Он медленно вошел в комнату и, казалось, поник от отчаяния. – Мы всего-навсего разорвем друг друга на части, я не вижу смысла собираться ради перебранки.
Вопреки своим словам деп смиренно сел, опустил голову и безнадежно сжал пальцы в кулаки.
– Аннет Голдинг, – представилась Аннет, – а это Габриэль Бэйнс, он пара. Я поли, а ты деп, верно? Я догадалась по тому, как ты уставился в пол. – Она сочувственно рассмеялась.
Деп промолчал, так и не назвав своего имени. Бэйнс знал, что с депами говорить непросто, представителям их клана было трудно собраться с духом. И этот, вероятно, из-за боязни опоздать пришел раньше остальных, что было типично для гиперкомпенсации. Бэйнсу депы не нравились. Для себя и для других кланов они были бесполезны. Почему же тогда не вымерли? В отличие от гебов они не могли быть даже чернорабочими: депы ложились на землю и, лишенные надежды, смотрели в небо невидящими глазами.
– Давай, подбодри его, – наклонившись к Бэйнсу, прошептала Аннет.
– Да как же это сделать, черт возьми? – спросил он в ответ. – Какое мне до него дело? Он сам виноват, что такой, мог бы измениться, если б захотел. Мог бы поверить во что-то хорошее – стоило только приложить немного усилий. Эти ребята не хуже остальных наших, а может, и лучше. Работают они крайне медленно, в черепашьем темпе, вот бы мне сходило с рук работать так же мало, как обычному депу!
В открытую дверь вошла женщина – высокая, средних лет, в длинном сером пальто. Это была Ингред Хибблер из клана окры. Тихо считая себе под нос, она обошла кругом стол, поочередно постукивая по каждому стулу. Бэйнс и Аннет ждали, подметавший пол геб посмотрел на вошедшую женщину и захихикал. Деп все еще смотрел отсутствующим взглядом в пол. Наконец мисс Хибблер отыскала стул, нумерология которого ее устроила, выдвинула его, неподвижно села, сомкнула руки в замок и быстро задвигала пальцами, словно вывязывая узор невидимого защитного одеяния.
– Я столкнулась на парковке со Строу, – сказала она и мысленно отсчитала пару цифр. – Ман. Тьфу… неприятнейший человек, он меня чуть не переехал. Мне пришлось… – Она замолчала. – Неважно. Как только его аура проникает в тебя, то избавиться от нее становится трудно. – Она вздрогнула.
– Если в этом году Манфрети будет все также балагурить, он, вероятно, войдет через окно, а не через дверь, – сказала Аннет, ни к кому конкретно не обращаясь, и весело рассмеялась.
Вместе с ней захихикал и геб.
– Геба мы, несомненно, тоже ждем, – добавила Аннет.
– Я д-делегат от Гандитауна, – объявил Джейкоб Симион, однообразно взмахивая метлой. – Я п-просто по-д-думал, что буду подметать, пока ж-жду.
Он простодушно улыбнулся.
Бэйнс вздохнул. Делегат гебов – уборщик. Конечно, они
– По какому поводу встреча? – поинтересовалась мисс Хибблер и опять стала перебирать пальцами и быстро бормотать «раз-два», «раз-два».
– Поползли слухи, что был замечен странный корабль, – ответила Аннет. – Это не торговцы с Альфы II, мы в этом практически уверены.
Она все клала в рот леденцы и, как с удивлением отметил Бэйнс, почти успела расправиться с принесенным пакетиком. Бэйнсу было известно, что Аннет страдает диэнцифальным синдромом, что выражалось в расстройстве компульсивного переедания. Всякий раз, когда девушка волновалась или напрягалась, ее состояние ухудшалось.
– Корабль, – произнес вышедший из состояния ступора деп. – Может ли он помочь выбраться из нашей передряги?
– Какой передряги? – уточнила мисс Хибблер.
– А то вы не знаете! – пошевелившись, ответил деп.
Это было все, что он смог из себя выдавить, и вновь замолчал, впав обратно в мрачную кому. Депы видели хаос во всем. И, несомненно, они тоже боялись перемен. Бэйнс размышлял об этом все больше, и его презрение росло. Но в связи с появлением корабля презрение сменилось тревогой. Правда ли то, о чем говорят?
Строу и маны должны знать. У манов в Да Винчи-Хайтс было достаточно оборудования для обнаружения приближающегося объекта. Вероятно, слухи оттуда и поползли – если, конечно, мистики-шизы не предвидели подобного.
– Это может быть ловушка, – подумал вслух Бэйнс.
Все в комнате, включая депа, уставились на него. Даже геб на мгновение перестал подметать.
– Маны, – пояснил Бэйнс. – Они готовы на все. Это их способ стать выше остальных. Отплатить нам тем же.
– За что? – спросила мисс Хибблер.
– Вам известно, что маны ненавидят всех нас. Они жестокие головорезы, грязные штурмовики, которые хватаются за оружие каждый раз, когда слышат слово «культура». Так заложено в их природе, это старо как мир.
