«Искусство» тем и отличалось от «Ремесла», что позволяло создавать штучные, уникальные предметы, придающие игровому миру убедительное разнообразие и высокую детализацию.
Этими навыками обладали только мастера-«неписи», и они никаким образом не могли передать своё искусство игрокам — его функция была такой же, как и у мирообразующих квестов: делать «Мир Фантазий» живым и динамичным. Именно поэтому не было никаких рецептов: Искусство, это удел творцов, а не ремесленников (читай — бессмертных), способных в кратчайшие сроки завалить рынки Империи популярным товаром, сведя на нет его уникальность и редкость.
Такая уникальность с одной стороны сильно увеличивала мою ценность именно как крафтера, а с другой, интерес ремесленников-игроков ко мне сильно поугас — впрочем, оно и к лучшему. Разумеется, я не собирался сдавать Мастера Клэя, который мог обучить сколько угодно гончаров из обычных НИП-ов.
Но и вечно сидеть в клановых подвалах и в промышленных масштабах штамповать уникальных големов и бездонные горшки (а это реальная судьба многих десятков и даже сотен тысяч ремесленников-«неписей»!) в мои планы не входило. К счастью, из-за всей этой возни со слияниями и реорганизацией, лидерам «Союза Трёх Рук» было не до меня. Точнее, пока что я их интересовал только как создатель и хранитель Храма Гарга, где цвёл и пах волшебный эльфийский цветок под неусыпным присмотром десятка жрецов и друидов.
Выходить в реальный мир у меня не получалось — слишком много людей, слишком много внимания. Поэтому я спокойно продолжал лепить тела для Гварла и Мургла, черепа которых спокойно лежали у меня в инвентаре, а Квизгли на них даже не претендовал по вполне понятным причинам.
Он пропал практически одновременно с гоблином-предателем.
Впрочем, оно и к лучшему — ещё не хватало, чтобы кто-то раскрыл некогда известного мага Смерти, невольно заключённого в чужом теле и знающего слишком много моих секретов. Наших секретов.
А может и нет.
Потому что я догадывался, куда и зачем он отправился.
К своему преемнику, «новому» Аараму Бледному, занявшему место беглого некроманта.
Да, Квизгли втрое младше его по уровню. Но это мстительный, злобный и невероятно хитрый «непись», с таким самомнением, что хватит на десяток некромантов 100-го уровня, ещё и останется.
Правда, противостоять ему будет его же точная копия, обладающая точно таким же характером и набором поведенческих скриптов. И если бы от инкогнито Аарама-настоящего не зависела моя жизнь, и жизнь сотен других узников Фанмира, я бы с удовольствием понаблюдал за этим противостоянием.
— Хэй, Бес, моя левый нога сильно короче! Твоя совсем кривые руки лепила!
Голем, на плечах которого сидел череп с духом Мургла, с грохотом завалился на бок, и у него отвалилась правая рука. Снова.
«Лепила» — так гоблины называли гончаров. Для кого-то мастер-искуссник, обладающий уникальным даром «оживлять» глину, а вот для Гварла и Мургла я был лепилой.
Второй голем и вовсе не подавал признаков жизни — то ли Гварл уснул, то ли у меня не получилось.
Над телами для этой парочки я бился уже больше недели, но какого-то явного прогресса не было — ну не принимала глина бывших помощников моего наставника-некроманта!
— Бес, ты занят?
Дверь в мою комнату со скрипом открылась, и показался Тардис Кан — орк-шаман и глава гончарного цеха Союза Трёх Рук.
— Седлай своего льва, нужно встретить очень важную делегацию.
Похоже, очередные смотрины. В замок постоянно приезжали какие-то гости, и всегда эти визиты проходили по одному и тому же сценарию.
Сперва было приветствие в гостевом зале. Потом демонстрация лучших мастеров клана и вручение подарков, сделанных их руками. Всё это плавно перетекало в знатную пирушку, обычно сопровождавшуюся какой-то зрелищной шоу-программой, после чего гости разбредались по отдельным комнатам в компании смазливых девочек — и не только из числе «неписей»!
Первые раза три за всем этим было интересно наблюдать, но потом мне надоело — слишком однообразно и суетливо. Тем более, что я уже дней девять не покидал виртуальности, и порой накатывала такая тоска и беспокойство, что я ощущал их почти на физическом уровне скучая не то что по сестре, но даже по Второму и вечно молчаливому Двадцать Первому с его неизменным блокнотиком!
В этот раз всё прошло по обычному сценарию, и я действовал практически на автомате: проехал несколько кругов верхом, заставляя голема выполнять мои приказы, затем продемонстрировал несколько довольно необычных изделий: глиняный самонаводящийся взрыв-бумеранг, керамический отражающий нагрудник, бездонный очищающий кувшин, чашку со свойством усиления вкуса и бонусов любого напитка, котелок-самовар и Слепок Вуду, как обозвала система эту неуклюжую куклу.
