Через какое-то время люлька остановилась. Я посветил вниз — мы спустились на самое дно.
Сигнал на люльке перестал пищать и красный фонарь потух. Мертвая тишина держалась не долго. Ее прервал звук отбойника, который эхом доносился откуда-то сбоку. С этого места расходились в разные стороны туннели. Высотой и формой напоминавшие туннели метро, по которым движутся поезда.
Отдаленный звук прекратился и к нам навстречу вышел рабочий, которого было плохо видно издалека.
— Господин, — крикнул рабочий из глубины туннеля, — вам здесь небезопасно находиться.
— Все порядке, — заверил его я, — как тебя зовут? — Я подошел к рабочему ближе и спросил.
— Василий я, Господин, — слегка поклонился шахтер и представился, — я работаю здесь с самого основания, когда шахта еще принадлежала другим людям. Уже больше двадцати лет. С тех пор когда стало известно, что здесь есть залежи эквилибриума. Тогда и начали бурить.
— Как много было добыто за это время? — Поинтересовался я. — И сколько сейчас добывается? Насколько тяжело?
— Господин, с самого начала, первые несколько лет вообще ничего не было, — немного запинаясь, начал свой рассказ Василий, — но тогда нас работало человек по двадцать в смену. Были большие деньги, нас обеспечивали, но из-за того что мы ничего не могли найти, нас стали сокращать. Затем мы нашли среди камней маленькую пещеру, в который было несколько килограмм этого растения. Тогда снова аристократы начали активно вкладываться в шахту и мы нашли еще много подобных источников. Но хватило на пару лет. И мы так редко что-то находили, что вообще все останавливалось на месяца… Сейчас сложно добыть, мы не знаем в какую сторону идти, потому что шахта стала очень большой.
— Когда последний раз вы что-то находили, Василий? — Спросил я и сурово на него посмотрел.
— Три месяца назад, Господин, — ответил шахтер и опустил голову вниз. — Сегодня, я вообще остался один в смене, после того как другие рабочие ушли…
Хм, три месяца они не могут найти эквилибриум. А как мы будем создавать одежду, если нет, собственно, этого материала? Я немного усомнился в авантюре, в которую я вписался. Первым делом, как выяснилось, нужно было сделать упор на добычу. А сегодня еще и трое шахтеров ушло, когда их всего было шесть. Теперь одна смена Василий, а другая остальные два шахтера. Великолепно.
— Мне нужна общая планировка шахты, — сказал я, — начнем с этого. Поймем, есть ли смысл вообще у этой затеи… А ты, Василий, — обратился я к шахтеру, — выходи работать вместе со второй сменой. Одному тут ковыряться бессмысленно.
Он кивнул и отправился собирать инструмент. Я прошелся по туннелям, изучая расположение и обращая внимание на породу камней. Я не разбирался, но было заметно, что в разных туннелях были разные виды камня, а где-то вообще рушился грунт. В одном туннеле я увидел источник воды, небольшой ручеек бежал из какой-то пещерки выше. Я пошел вдоль ручья и попал в помещение побольше, там было небольшое озеро. Я опустил руку и коснулся воды. Она была ледяной. Озеро было чистым и прозрачным, но дна не было видно. Возможно, в это озерце нужно погружаться в полном снаряжении с водонепроницаемым костюмом. Да, в этой шахте было чем заняться. Здесь требовались не три шахтера, а целая команда геологов.
— Василий, — обратился я, когда мы снова встретились перед лифтом. — Как часто здесь бывают геологи?
— Так сразу и приезжают, когда мы находим что-то новое. Каждый раз они приезжают и берут пробы. То руды, то каких-то минералов, даже пробы воды брали и отправляли в лабораторию. — Ответил он.
— А наша местная лаборатория как, справляется?
— А у нас один толковый лаборант, — ответил Василий, — да и то, кроме эквилибриума ничем не занимается…
— Уже три месяца получается не занимается? — Рассмеялся я.
— Господин, может чем-то и занимается, это лучше у него спросить… — испуганно протараторил он, не желая кого-то подставить.
— Поднимаемся наверх! — скомандовал я и мы залезли в лифт втроем.
Не успел я выйти из лифта, как навстречу уже бежала Алина.
— Я все выяснила, — доложила она, — ушли двое работников шахты и один из мастерской, который занимался шитьем и испытанием одежды.
— Насчет шахтеров я уже в курсе, — сказал я и затем спросил, — а что они шьют, если эквилибриума нет?
— Я узнала, что они перешивают разными способами, — начала объяснять Алина, — перераспределяя эквилибриум по разным местам, где-то больше, где-то меньше. Сам эквилибриум добавляет прочности, настолько, что в месте большей его концентрации, одежда становится прочнее, чем броня. Не пробивают пули и огонь не поражает, например.
— Что? — Раскрыв глаза от удивления, перебил я Алину, — ты сказала огонь?
— Да… — Медленно произнесла Алина, ничего не понимая, — эквилибриум огнеупорный материал, это его магическая особенность. В этом его главная ценность, в общем-то.
