Так это Ленин! Клара особенно внимательно разглядывает его, этого делегата, в скромном, тщательно вычищенном пиджаке. Это Ленин, вождь русской революции, пошатнувшей царский трон! Клара снова обращает на Ленина свои испытующие, полные восхищения взоры: этого лица она никогда не забудет… Вскоре Клара, к своему глубокому стыду, узнает, что большинство вождей II Интернационала — люди совершенно иного склада, чем Ленин. Они уже так завязли в болоте реформизма и оппортунизма, что ничего не имеют против умеренного приобретения колоний и против угнетения колониальных народов. Внесенную Бебелем резолюцию о борьбе против милитаризма и позиции II Интернационала в случае возникновения войны Ленин называет «догматически-односторонней, мертвой». Ленин и Роза Люксембург требуют внесения поправок в проект Бебеля. В результате этих изменений, как об этом позже писал Ленин, «получилась таким образом в конце концов совсем иная резолюция». Новая резолюция совершенно точно и ясно определяет задачи II Интернационала в этой области: всегда решительно выступать против милитаризма, войны и колониального угнетения.
Так еще в 1907 году Владимир Ильич Ленин, а вместе с ним и Роза Люксембург энергично борются с ядом реформизма и оппортунизма, изнутри разлагающего II Интернационал. Однако этот яд уже поразил все части партийного организма. На своем посту, в женском движении, особенно в спорах об избирательном праве женщин Клара Цеткин тоже энергично борется с реформизмом, этим хроническим недугом II Интернационала.
В первые годы деятельности II Интернационала борьба за избирательное право помогала социал-демократии революционизировать мышление широких масс и воспитывать мужественных борцов за социализм. Но положение изменилось, когда эта борьба выродилась в охоту за парламентскими местами. Из панической боязни потерять голоса реформистские элементы не осмеливаются перед выборами даже говорить о вызывающем столько споров избирательном праве женщин. Руководители австрийской социал-демократии прибегли к этому недостойному методу во время последней предвыборной кампании. В прошлом Клара часто подвергала суровой критике подобного рода охотников за мандатами. Она считает, что теперь пришло время и на международной арене притянуть виновных к ответу. На заседании комиссии по избирательному праву она клеймит позором оппортунистическое поведение Виктора Адлера, вождя австрийской социал-демократии. Ее слова вызывают удивление и даже порицание. Как может Клара Цеткин, руководительница международного пролетарского женского движения и ответственный редактор «Равенства», позволить себе обвинить в оппортунизме такого человека, как Виктор Адлер, который только что вместе с восемьюдесятью четырьмя социалистами занял места в австрийском парламенте, его, являющегося гордостью конгресса!
Виктор Адлер должен тотчас же ответить. Когда он появляется, Клара Цеткин повторяет в его присутствии все свои обвинения. При этом она ссылается на письмо одной австрийской социалистки и заявляет, что готова в случае необходимости прочесть его. У австрийских делегаток смущенные лица; а одна немецкая делегатка, все еще находящаяся в плену буржуазных предрассудков, не может даже удержаться от возгласа возмущения: «Неслыханный скандал — зачитывать частные письма!» Клара Цеткин хладнокровно ждет, пока улягутся волны этой небольшой сумятицы. Потом она спокойным голосом читает отрывки из письма, которые совершенно ясно доказывают оппортунистическое поведение Адлера.
Тот утверждает, что он проводил предвыборную кампанию в подлинно революционном духе. Адлер извергает целые потоки слов, но ничего не говорит по существу обвинений.
Клара отвечает ему гневной речью:
— Интернациональные конгрессы — это не международные сборища кумушек, куда отправляются, чтобы за чашкой кофе рассыпаться во взаимных похвалах. Если вы хотели только этого, тогда вы могли бы вообще не издерживаться на путевые расходы… Мы же, напротив, собрались для того, чтобы обменяться нашим боевым опытом, заострить оружие и еще лучше вести классовую борьбу. Ради этой цели, если нужно, можно отодвинуть на задний план и такие частные соображения, как соблюдение тайны переписки. Борьба, ведущаяся с правильных принципиальных позиций, намного увеличит боевую мощь пролетариата и приведет к большим практическим результатам, чем борьба, которая, подчиняясь соображениям дипломатии, тем самым в силу необходимости ослабляет боевую мощь пролетариата…