— Юлька тоже попробовала, а у неё уровень всего двенадцатый, — смеясь, рассказывал Зуев. — Схрон не сделала и обиделась, как будто я в этом виноват.
До ночи мы полностью вычистили три вагона с продовольствием. На ужин не ходили, перекусив прямо в вагоне консервами.
— Отлично, — подвёл итог Владимир. — Завтра начнём вскрывать контейнеры. У меня ещё половина схрона свободная.
В очередной раз я позавидовала, но утешила себя мыслью, что в моём схроне можно находиться сколько угодно, а не только десять часов в сутки.
Когда парни разошлись отдыхать (некоторые отправились в личные схроны), Владимир попросил меня о приватной беседе, чтобы обсудить полученный им новый навык.
— Пойдем поговорим, — ответила я, заводя его в своё убежище.
— Технический преобразователь предметов... Это же что-то вроде артефактора? — задал он вопрос сразу, как только мы остались одни. — Получил такой навык, а что с ним делать не понял.
— Так и есть, — уверенно ответила я и добавила: — Единственное, всякие украшения и бытовые вещи ты, наверное, изготавливать не сможешь.
— Да мне и этого хватит, — махнул рукой Владимир, а затем сменил тему: — Можно я у тебя в душ схожу?
Долго плескаться в моём душе не получится, поэтому уже через пять минут он вернулся чистенький и свежий. Вышел без одежды, имея лишь полотенце на бёдрах. Сияя белозубой улыбкой, Владимир замер в проходе. Намёк более чем очевидный. Пора было определяться.
— Сейчас бельё на кровати поменяю, а то вы тут в одежде валялись, — пробормотала я, стараясь не смотреть на столь привлекательное тело.
Несколько дней в плену никак не сказались на фигуре Владимира. Мышцы, напротив, стали рельефнее, когда он немного похудел.
– У меня сегодня день подарков. Все мечты сбываются, – подошёл со спины и приобнял меня Владимир.
– Ну да, ну да, – пролепетала я, отчего-то застеснявшись.
Ещё и свет этот яркий в моем схроне. В общем, скинув с себя штаны и обувь, я нырнула в то пространство кровати, что было отгорожено висящими покрывалами. С секундной задержкой за мной последовал наш командир, потеряв по пути полотенце и демонстрируя серьезность намерений на эту ночь. Она, ночь, получилась бурной и страстной. До утра мы так и не уснули.
Была почти половина пятого, когда я решила, что смысла ложится спать нет, дел много, и своего мужчину стоит покормить.
— Мы тут с парнями прикинули, что можно и технику в схроны загнать, — рассуждал Владимир, жуя бутерброд и запивая его кофейным напитком. — Там на платформах у сатанистов даже снегоходы упакованы. Может, и мотоциклы есть. Полезный мобильный транспорт. Примерно как твой велосипед.
— Вы тоже велосипеды возьмите. Удобно и нет зависимости от бензина, — предложила я.
— И я про то, — продолжал Владимир, размахивая рукой с зажатым бутербродом, — если у меня навык артефактора с техническим уклоном, значит, могу магический мотор изобрести.
– Там всю систему придётся переделывать, мотор убирать, — задумалась я о возможностях преобразования мотоцикла.
— Вадима подключу.
— Хорошая задумка, — подбодрила я своего парня.
Теперь он точно был моим.
Вышли мы из схрона задолго до рассвета. Владимир сразу помчался проверять, как дежурят парни и не случилось ли чего за ночь. Мы ведь опрометчиво закрылись ото всех на несколько часов, мало ли что могло произойти. Судя по тишине в коридоре и спокойствию Андрея, стоящего в дверях купе проводника, ничего серьёзного за эти шесть часов не случилось. Андрей же, увидев меня, зевнул и сообщил:
— Как только рассветёт, можно отправляться на погрузку.
Вроде и разговаривали тихо, но нас услышали, из третьего купе выглянул Михаил Иванович.
— Ириша, как хочешь, но изобретай артефакт-печку, — с явным недовольством сказал он. — Забодался с этими кострами во дворе. Ни воду на чай толком не вскипятить, ни приготовить нормально.
Ночью, кроме секса, я ничем не занималась. Маны оставалось предостаточно, а желание выпить горячего чая было просто огромным. Вдохновившись и подойдя к делу творчески, уже через полчаса я выдала Михаилу Ивановичу артефакт-печку на две конфорки.
— Держи, пользуйся. Надеюсь, больше жалоб не будет! — сказала я с улыбкой.
— Ты просто волшебница, Ириша, — радостно отозвался Михаил Иванович, глядя на моё творение с искренним восхищением.
Народ стал подтягиваться на запах свежей еды. Новеньким, ночевавшим во втором вагоне, отвезли завтрак на тележке проводника. Как дальше обеспечивали спасённых женщин, я не вникала. Утро принесло мне другие задачи, да и парни не могли дождаться момента проверить содержимое контейнеров и холодильных вагонов.
Начали с разгрузки холодильников. Один условно можно было назвать мясным, второй молочным. Как именно удерживался холод, никто не понял, но через гогглы я заметила сиреневую дымку и предупредила парней. Максим Мухин воздушной магией сдвинул дымку в сторону, и когда двери первого вагона открылись, чужая магия полностью исчезла. На всякий случай проверили ещё раз, и только тогда Кузнецов решительно вошёл внутрь.
