— Говорили, что Ирина делает тепловые и световые артефакты. Ну, браслеты всякие, лечащие... э... кольца с парализатором, — начала объяснять Анна.
— Вот! — обрадовался мужчина. — А нам она сказала, что делает бытовые артефакты!
— Парализатор относится к защитным, — возразила я. — Ещё могу создавать водные артефакты. Например, тёплый душ или просто водяной для бытовых нужд.
Сатанист повернулся всем корпусом к игрокам-мужчинам.
— Артефакт, определяющий правду, к какому виду по вашей систематизации относится? — спросил он.
— К ментальной магии скорее всего, — предположил Игорь.
— У меня этот навык не открыт, — повторила я.
На самом деле я не сильно и врала. Просто никогда не пробовала создавать подобное. С другой стороны, защиту от ментальной магии система мне сделать позволила.
— Ещё у неё были очки такие, — вдруг добавил Игорь, обрисовывая руками что-то невообразимое. — Она их куда-то в подпространство убрала.
— Да, давайте поговорим о подпространстве, — неожиданно сменил тему главный сатанист. — Мне нужен твой разрыв в пространстве.
— Э... — растерялась я. — В смысле?
— Отдай мне этот разрез в иномирье или пожалеешь, — прошипел мужчина, сверкая глазами.
— Всё равно не поняла, — честно призналась я, искренне озадаченная. — Это мой личный схрон. Система наградила меня им, когда я просидела сутки в закрытом помещении и не погибла.
— Вот и отдай этот схрон мне, — сатанист снова оскалился, растягивая губы в жутковатой пародии на улыбку.
— Да как я это сделаю?! — уже не скрывая раздражения, воскликнула я. — Даже если бы вы были игроком системы, я бы всё равно не смогла. А вы ведь...
— Повелеваю силами тьмы, которые приходят к нам из разреза, — перебил меня сатанист, будто читая лекцию. — Твоё подпространство имеет ту же структуру. Оно находится вне нашей планеты. Вне нашего мира.
Я растерянно развела руками и с долей надежды посмотрела на Игоря. Он хоть и враг, но как игрок системы должен понимать: у неё есть свои правила, и нарушить их просто невозможно.
— Насколько большой этот её схрон и какие предметы по размеру в нём помещаются? — задал наконец вопрос молчавший до этого третий сатанист.
— У неё там был стол, продукты в мешках, — начала перечислять Анна. — Посуду она оттуда доставала.
— Второй человек в нём поместится? — уточнил сатанист.
— Не думаю. В личный схрон никто, кроме хозяина, зайти не может, — выдала явную дезинформацию Анна.
Она точно знала, что мой схрон весьма просторный. Я же переносила в нём раненых с площадки до вагона поезда. Все из группы Анны были в курсе этого. И вдруг она выдала такое откровенное враньё. Чувствует за собой вину? Вполне вероятно. Спасение своей группы, конечно, объяснимо, но предательством это быть не перестаёт.
Идеи у сатанистов, похоже, закончились. Ничего из того, зачем им понадобился артефактор, они так и не получили. Зря старались, получается.
— Отведите их до завтра в камеры, — приказал главный сатанист, решив взять время на размышления.
Ночь предстояло провести на холодном, неуютном полу. Еды и питья мне не дали. Единицы здоровья медленно, но верно уменьшались. Настроение было хуже некуда. К утру у меня ломило всё тело и нестерпимо хотелось пить. Анне сильно повезло, что её отвели в другую камеру. Честно говоря, я была настолько зла, что, окажись она рядом, придушила бы её за такую подлость.
Не думаю, что сатанисты вскакивали с рассветом. Скорее всего они хорошо выспались, затем неспешно позавтракали, а уже потом решили продолжить допрос. Чем больше времени проходило, тем лучше для меня. Надежда, что меня найдут по маяку, всё ещё теплилась в душе.
Меня вывели из камеры, когда жажда стала совсем нестерпимой. Примерно сутки я ничего не пила, и это стало настоящей проблемой. Личные характеристики показывали всего 35 из 100 единиц здоровья.
Рогатые существа отвели меня в то же место, где обитал главный сатанист. Его подчинённых в этот раз не было. Игорь с двумя товарищами тоже отсутствовал.
Зато в комнате находилось аж пять рогатых существ. Ещё на полу лежала Анна — избитая и окровавленная.
— Мы тут эту цифровую девку с утра поспрашивали, — радушным голосом начал рассказывать сатанист, — и она вдруг припомнила, что в схрон можно заводить других людей. Ай-ай, как нехорошо обманывать. Думаешь, я теперь поверю, что ты не можешь отвязать подпространство? У меня есть сведения, как это сделать.
Я молчала. Что тут говорить?
Моя неразговорчивость ему явно не понравилось. Схватив цепь за конец, он резко дёрнул её вниз так, что я покатилась кубарем. После этого он сделал какой-то жест рогатым, и двое из них хлестнули меня хвостами.
Ранее под такие удары мне попадать не доводилось. Парни говорили, что это похоже на удар плетью. Подтверждаю: очень похоже. Сначала больно обожгло плечо и руку, потом досталось спине. Удары сыпались один за другим. Я пыталась прикрыть голову, но получала по кистям рук. За шиворот потекло что-то тёплое, похоже, кровь из разбитых ладоней.
Они думают, что я смогу делать артефакты такими руками?
