При других обстоятельствах я бы уже скинул эту руку, но сегодня не предоставлен сам себе, поэтому мой ответ звучит в том же духе, что и вопрос девушки:
— Распоряжусь наилучшим образом.
Она снимает очки, и наши взгляды встречаются.
Невероятно… Сходство действительно едва уловимо, а голос вообще почти не узнаваем, но эти глаза мне не перепутать ни с чьими.
У меня приоткрывается рот, но девушка опережает меня:
— Не подавай виду, что узнал, — говорит старая знакомая, прижимаясь ко мне теснее. — Даниэль передал мне твоё небольшое послание. Помнишь собственные слова? «Я бы сказал, большие неприятности», — говорит девушка, неотрывно глядя мне в глаза и, хотя я уже всё понял, добавляет, — конечно же, подтекст был хорошо ясен и Даниэлю, и мне: мы доставили тебе серьёзные проблемы. Но, как я слышала, а теперь вижу и собственными глазами, ей ты дорог.
Мы одновременно смотрим на Габриэллу. Отсюда невозможно увидеть её лицо, однако по одному только повороту головы нетрудно догадаться, что она за нами наблюдает.
Лора кладёт руку мне на подбородок и осторожно поворачивает к себе.
— Мало того! Что бы ты не сказал своему приятелю, он дал положительный ответ. Ты молодец. Правда. Иначе ничего бы не получилось.
— Пока неизвестно, получится ли, — замечаю я, но девушка с кислым выражением лица откликается:
— Не будь таким занудой. Всё будет, как мы захотим.
Я невесело улыбаюсь.
— И поэтому ты так обошлась с Аланом — просто захотелось.
Девушка очаровательно и невинно улыбается.
— Будет ему уроком: даже — хотя нет, правильнее будет, особенно — насекомые бывают очень опасны. В любом случае я рада, что тебя успели предупредить.
— Могла написать.
— Уже было небезопасно.
— Не смеши меня, — откликаюсь я, и вопреки словам, мой тон почти обречённый.
— Скажи генералу, — произносит она и делает многозначительную паузу, ожидая, пока я включу на ленте рацию, и только потом продолжает, — лидер повстанцев уже заметил её. И скоро даст знать, что ею интересуется. Ждите сигнала.
— Как мы поймём? — уточняю я.
— Это будет неожиданный поворот, — отвечает девушка, а я сдерживаю улыбку, на этот раз искреннюю, пытаясь не представлять, как генерал наверняка приложил ухо к рации, вслушиваясь в заветные слова. — Но вы точно поймёте.
С этими словами девушка бросает на меня хитрый взгляд и, обойдя почти по кругу, ступает в толпу танцующих. Я хватаю её за руку, но недостаточно крепко, чтобы остановить.
— Подожди.
Девушка, начиная извиваться под музыку и широко улыбаясь, исчезает в толпе.
— Ты знаешь, кто это?! — почти кричит в наушнике генерал.
Это Лора Беннет.
— Нет. Она мне незнакома, — сообщаю я Бронсону.
— Парни уже следуют за ней, — предупреждает генерал деловито. — Мы её перехватим.
Чёрта с два.
— Разумеется, — откликаюсь я, направляясь к угловому дивану, где оставил Габи и Даниэля.
— Дэннис, теперь предельная собранность, — командует Бронсон. — Любой виртуальный наркоман или шлюха могут вывести нас на лидера мятежников. Поэтому не расслабляться.
— Разумеется, — повторяю я и улыбаюсь двум девицам, которые, как и другие, извиваются под музыку, пытаясь перехватить мой взгляд хотя бы на мгновение: вдруг кто-то из них выведет нас на лидера мятежников. Однако на самом деле я усмехаюсь из-за того, что представляю, как сейчас трясёт Бронсона от предвкушения скорой победы.
Да уж, так, как ему повезёт сегодня, генералу даже не снилось…
Придурок.
Мой взгляд невольно скользит по гостям ночного клуба. Большая часть из них ничего вокруг себя не замечает, ведь вообще не видит, не слышит и совершенно никак не воспринимает действительность, ведь полностью погружена в другую реальность. Даже в полумраке заметно, насколько бледны лица и как покраснели переносицы от массивных очков, что давят на кожу. Кто-то из них выглядит до невозможности худым, кто-то, наоборот, вызывает омерзение чрезмерным весом и отвратительными желейными формами. Но каковы бы ни были параметры бренных тел, у всех виртуальных наркоманов одинаково нарушена координация движений: каждый неизменно пошатывается и спотыкается на ровном месте.
Дополненная реальность воздействует на все органы чувств, во много раз превосходя любые тексты, картинки или видео. Объёмные и осязаемые миры не просто уподобляются материальному, но и превосходят его по привлекательности. Прорывные разработки имитируют у наркоманов ощущение радости, воодушевления, счастья, но даже этого оказывается недостаточно: у некоторых гостей Шахты провода от экранов и аппаратуры подключены прямо к нервной системе, у других в вену воткнута игла, закреплённая лейкопластырем, через которую в кровь дополнительно поступает всякая психотропная дрянь.
Если бы я сорвал очки и заглянул в глаза первого попавшегося на пути виртуального наркомана, то они были бы покрасневшими или мутными, с сильно расширенными или, наоборот, суженными зрачками. А попытайся я что-нибудь спросить, услышал бы в ответ лишь замедленную, несвязную речь — и то в лучшем случае.
