Эни, естественно, успела проболтаться квартирной хозяйке и о приглашении на королевскую свадьбу, и о грядущем пополнении гардероба. Обе женщины умильно смотрели на Рику, отпускали многозначительные, но пространные замечания, и словно бы случайно завели разговор о том, какие именно платья носят светские дамы этой весной. Рика резонно ответила, что весны-то осталось всего ничего, и модницам в самый раз о летних платьях задуматься. Её собеседниц сие многозначительное замечание нисколько не смутило, они лишь с бо́льшим интересом погрузились в глубины модных течений. Рика допила кофе и отправилась в коррехидорию с тяжёлым сердцем. Перед сном она приняла решение строжайшим образом пресекать любые поползновения со стороны Вилохэда превратить их формальный статус в настоящие отношения.
— Во-первых, — продолжила она диалог с самой собой, пока шла в коррехидорию, — не факт, что я интересую полковника Окку. А хоть бы и интересовала? Что с того? Неизвестно, сколько продлится его чувство. Стать очередным увлечением завзятого разбивателя сердец — такое себе удовольствие. А, во-вторых, влюблённость на корню разрушит их дружеское общение, беззаботность и отсутствие формальностей в отношениях. Да и подобное без сомнений повредит их работе, — убеждённо закончила чародейка уже на подходе к величественному серому зданию, — так что, полковник, советую держать свои руки и губы в отдалении от моей скромной персоны. Иначе на церемонию королевского бракосочетания вам придётся идти одному. Помолвку легко расторгнуть. Коли желаете иметь передышку от бесконечных попыток ваших родителей устроить ваш брак, извольте придерживаться правил. Ничего личного, никакой любви, просто хорошие знакомые, пускай даже чуточку друзья, и не более!
Вахтенный с удивлением посмотрел на насупленную чародейку. Последнюю фразу она произнесла вслух, отчего ужасно смутилась, холодно кивнула и понеслась к себе на цокольный этаж. Ей сейчас не помешало бы погрузиться с головой во вскрытие, отключиться от навязчивых и неуместных мыслей о миндалевидных карих глазах и удивительно нежных губах. Но, словно назло, трупов в прозекторской не было.
Зато не успела она раздеться, как в её кабинете объявился Вилохэд.
— Доброе утро, — проговорил он, — как спали?
— Нормально, — ответила Рика, — что у нас по Кленовому институту? Кажется, мы собирались плотно побеседовать с друзьями наших убиенных, кураторами их групп и собрать наиболее полную информацию об их личностях и интересах. А ещё предполагался визит дом Шоколадного короля, меня занимает матушка Юты. Она уж точно знает о своём ненаглядном чаде куда как больше отца.
— Притормозите, — улыбнулся коррехидор, — вы сегодня буквально лучитесь энтузиазмом, но начнём мы с вами не с Кленового института и уж, тем более, не семьи Кензи (не дело беспокоить их в день похорон), а отправимся к портнихе Дубового клана. Вам нужно заказать подобающий наряд. Вы продумали, что именно желаете?
— А вы? — вопросом на вопрос ответила чародейка, — я как-то сомневаюсь, что у вас в заначке имеется подходящее одеяние эпохи императора Ористана?
— Я уже заказал себе соответствующий наряд, — сообщил Вил, — так что дело за вами.
Рика специально уселась в магомобиле на заднее сиденье и получила удивлённый взгляд своего начальника. Обыкновенно чародейка предпочитала ездить спереди.
Госпожа Сименс встретила их как и в прошлый раз с вежливым радушием, в котором отсутствовали малейшие признаки подобострастия. Да, она прекрасно помнила госпожу Таками и с огромной радостью готова создать платье, достойное младшей невесты Дубового клана и столь знаменательного события, «который каждый артанец ожидает с замиранием сердца». Рике ужасно не хотелось ещё раз подвергаться нудному ритуалу снятия мерок, поэтому она спросила, не найдётся ли уже готового наряда в подходящих цветах?
— Должна признаться, — портниха тряхнула головой, которую украшала модная причёска в континентальном стиле, — моё хобби — вышивка шёлком. Научила меня этому прекрасному искусству бабушка-делийка, и мои вечера нередко заняты сим благородным времяпрепровождением. Я страстно люблю вышивать цветы. Совсем недавно закончила пионы и воробьёв. Даже не знаю, придётся ли платье вам по вкусу.
— Замечательно! — обрадовалась чародейка, узнав, что фоном для вышивки послужил красновато-коричневый плотный шёлк, — уверена, что буду просто в восторге, тем более, что воробьи — мои любимые птицы.
— Помимо всего прочего, они символизируют жизнестойкость и бесшабашное веселье. Ибо мало что сравнится с прелестью радостного воробьиного чириканья, — подхватила госпожа Сименс, — если платье окажется чересчур длинным, подогнуть подол не займёт много времени.
Рика страшно не любила, когда окружающие указывали на её невысокий рост, но ради получения платья сразу без утомительного подбора материала, рисунка для вышивки и нескольких примерок готова была простить портнихе её бестактность.
