Посадив на кровать в своей комнате, он принёс мне воды и укрыл пледом. Заметив, как окоченели мои руки, он зажал их между своих больших ладоней и периодически растирал, чтобы согреть. Следя за его движениями, я немного успокоилась, почувствовала, будто нахожусь в самой безопасной капсуле. Забота, которой он окутал меня подобно тёплому одеялу в зимнюю ночь, отогрела не только мое тело, но, казалось, добралась до души. В его взгляде я видела самое настоящее сопереживание, я поняла: ему единственному не безразлична моя жизнь. С этой секунды каждое его прикосновение вызывало во мне растерянность и поджигало фитилёк за фитильком в моей груди. Я не могла принять свои чувства, он привлекал меня как никто другой.
Неожиданно для нас обоих я потянулась к нему и поцеловала в губы. Он ответил взаимностью. Нежные робкие движения быстро перешли в безрассудные. Его губы как подожженная спичка, кинутая в канистру, мгновенно распалили все мое нутро. Это непреодолимое желание было лучшим событием, произошедшим со мной за долгое время.
– Что это было? – наконец решился заговорить Джа.
– Кажется, я тебя приревновала сегодня, – взглянула я на него.
Он долго смотрел в ответ и молчал, нежно проводя пальцами по моему лицу, поправляя вьющиеся локоны. Не получая никакого ответа, я почувствовала неловкость. Ведь я сама настояла на всем, я сделала первый шаг. Навязала ему близость?
Я стала спешно собираться, чтобы скорее сбежать и не показывать, что сгораю от стыда.
– Дель, стой! – Не послушавшись, я вышла за дверь. – Неужели ты до сих пор не подозревала, что я все это время был в тебя влюблён? – послышались слова, произнесённые сквозь улыбку.
– Что? – обернулась я в коридоре.
Джа ухватил меня за руку и затащил обратно.
– Как это возможно? – переспрашивала я, следуя за ним.
Мы снова бросили уставшие тела на кровать.
– Кажется, я влюбился в тот самый момент, когда увидел тебя пятилетней девчонкой, – вновь проводя пальцами по волосам, прошептал он.
– Почему молчал столько времени? – удивлялась я услышанному.
– Ждал, пока ты наиграешься с другими, чтобы не играла со мной.
Его слова заполнили меня невероятной тёплой энергией, заставляющей улыбаться.
– Как же сегодняшняя Мелисса?
– Так же, как и Ари, – улыбнулся он.
Мы долго лежали, молча смотря друг на друга, Джа чуткими пальцами проходился по волосам и лицу, расслабляя меня своими прикосновениями.
– Что с тобой происходит, Дель? – его лицо отражало переживание, он смотрел будто в самое сердце.
Отвернувшись, я устремила взгляд в потолок. Стадия шока была пережита, и теперь я с неким непринятием относилась к событиям, произошедшим со мной.
– Странным образом сменился мой доктор, – начала я признание, – подозревают, что Купер прописывал мне – и не только мне – неподходящие препараты. А перед нашей с тобой встречей я услышала разговор родителей, где мама говорила, что я такая же ветреная, как и мой отец, имея в виду кого-то другого.
– То есть Грег не твой отец? – удивился он.
– Не хочу об этом думать, – развернувшись, я поцеловала его вновь. – Я останусь у тебя сегодня? – спросила я.
– Разве похоже на то, что я тебя отпускаю? – ответил он, прижимаясь ближе.
Начало
Настойчивые звонки мамы с трудом разбудили меня. Не помню, когда ещё я так сладко и долго спала. Оглянувшись и не увидев Джа в комнате, я ответила на звонок.
– Милая, прости меня и возвращайся домой, на столе готовый завтрак, – оправдывающимся тоном говорила она. – Марианна приготовит твою любимую рыбу на ужин. Возвращайся, детка. И сегодня у тебя бассейн, помнишь?
– Да, мам. Хорошо. Ты едешь на работу? – поинтересовалась я.
– Да, детка, очень много дел, прости, – и она повесила трубку.
– Я принёс тебе самый ленивый завтрак в мире, – Джамал с улыбкой зашёл в комнату, едва я успела отложить телефон. На тарелке он нёс сэндвич с хрустящей коркой и апельсиновый фреш.
Я быстро умылась и принялась завтракать вместе с ним. Договорились о совместной поездке в клинику матери: я все же решила настойчиво поговорить с ней.
Мы условились встретиться через час, и я вернулась домой, чтобы переодеться во что-нибудь соответствующее будущей наследнице медицинской империи, раз собиралась в самое ее сердце. Оглядываясь по сторонам, я проверяла, дома ли папа. Столкнувшись с прислугой, выяснила, что дом пуст, и с легкостью поднялась к себе. Сняв всю одежду, небрежно бросила ее на пол, и вдруг на сером коме вещей запестрила ярко-розовая бумажка. Раскрыв ее, я увидела график приема лекарств и личный номер доктора Лоры, что побудило меня последовать указанным рекомендациям, Открыв шкафчик над раковиной, я достала все таблетки и приняла их в указанной дозировке.
