– Нет уж, увольте, – воспротивился я. – Старые проверенные средства – они как-то надежнее. А молния или огонь – вещи непредсказуемые, ими таким профанам в магии, как я, расшвыриваться нельзя... Но хоть костер-то ты можешь научиться разжигать? А то спички вечно отсыревают, да и по семейному бюджету бьют. Что это за идиотский мир, в котором надо за коробку спичек два гектара леса от гоблинов вычистить?
– Ты чего с утра разворчался? Не с той ноги встал?.. – уперла руки в боки Кассандриэль. – Не собираюсь я из-за такой мелочи, как костер, месяц расшифровывать свитки магического клана Саламандры. Сегодня тебе огонь разожги, а завтра будешь умолять лес спалить, поскольку тебе вдруг станет лень гонять своих зеленых гоблинов. Вам, варварам, только окажи услугу – сразу на шею сядете!
– Попрошу соблюдать политкорректность: не варварам, а северным куэнтийцам!
– Тогда и я тебя попрошу не отпускать больше плоские шуточки по поводу моих остроконечных ушек!..
Вполне нормальное будничное утро в странствующей семье грубого варвара и благородной эльфийки...
Ах да, забыл представиться: Арсенарр Беллсон, воин-наемник из расы северных куэнтийцев... или варваров – кому как угодно. С этим милым остроухим... извиняюсь – прелестноухим – существом эльфийского происхождения я встретился полгода назад, на следующий день после своего возрождения в Терра Куэнто. Белокурая эльфийка угодила в серьезную переделку, и если бы не проходивший мимо Арсенарр, девушке сильно бы не поздоровилось. Добрая фея исполнилась сострадания к дракону, отравившемуся несъедобным орком, и решила вылечить эту мерзкую перепончатокрылую тварь своей белой магией.
В жизни не встречал более наивных людей!.. Естественно, не в этой новой жизни, а в двух предыдущих: Арсения Белкина и Проповедника соответственно. На какую драконью благодарность рассчитывала Кассандриэль, врачуя «бедную ящерку», одному их эльфийскому богу известно. Когда же чудовище выздоровело, оно немедленно захотело перекусить, а вокруг – какая досада! – никого, кроме сердобольной целительницы, не оказалось. И даже худоба юной эльфийки не остановила оголодавшую тварь, коварно позарившуюся на свою спасительницу.
Так мы и повстречались с красавицей Кассандриэль. Девушка легкими грациозными прыжками бежала по лесу мне навстречу, а следом за ней, вздымая с земли пыль размашистыми крыльями, несся по воздуху чешуйчатый монстр. Неблагодарное чудовище при этом пронзительно верещало, прочищая горло перед своим коронным огненным плевком.
Именно в раскрытую драконью пасть я и послал мое тяжелое варварское копье, продемонстрировав, надо заметить, недюжинную для начинающего копьеметателя сноровку. Дракон изловил копье аккурат на вдохе, поперхнулся, после чего захрипел, задрыгал лапами, потерял координацию и рухнул на землю, с треском повалив несколько деревьев. От конвульсий сраженного чудовища задрожала земля, но вскоре судороги прекратились и тварь угомонилась навсегда. Я облегченно вздохнул – дрогни у меня рука, и пришлось бы драпать вслед за волшебницей, а неуклюжим варварам с быстроногими эльфами в проворстве не тягаться.
Но реакция спасенной эльфийки почему-то мало отличалась от реакции выхоженного ею дракона. Девушка накинулась на меня и забарабанила кулачками мне по груди, рассерженно крича о том, что грязного варвара никто не просил вмешиваться, а чудовище вскоре и так поняло бы всю бесперспективность погони за эльфом и само отвязалось бы через десяток-другой километров. А теперь из-за моего тупого геройства молодой волшебнице придется ставить в одном из пунктов списка добрых дел отметку «провалено».
Девушка дубасила меня почем зря до тех пор, пока вдруг не обратила внимание на амулет, висевший у меня на шее. И только тогда подняла лицо и взглянула мне в глаза...
Да, это была та самая Кассандра, воспоминания о которой не давали мне покоя с момента возрождения в этом нелепом, но по-своему привлекательном мире. Пусть девушка надела непривычный наряд, слегка постройнела, отрастила длинные, до пояса волосы и сообразно имиджу произвела пластическую хирургию ушей, но я узнал ее мгновенно. Как, впрочем, и она меня, хотя сам я намедни с трудом опознал в озере свое новое отражение. Забыв о скоропостижно скончавшемся «пациенте», Кассандра, она же Кассандриэль, с радостным криком бросилась мне на шею и впилась в губы страстным поцелуем. Я даже не успел произнести «ну и дела», поскольку целоваться и одновременно комментировать события было непосильной задачей даже для могучего варвара...
– Я знала, что ты придешь в этот мир. Но не подозревала, что мы встретимся так скоро, – сообщила Кассандриэль, когда возбуждение от неожиданной встречи перестало сводить нас с ума. Произошло это уже вечером, ну а до вечера, сами понимаете, нам было чем заняться на лоне природы. Да и нельзя требовать от возбужденного варвара спартанской выдержки, а тем более галантных манер. Впрочем, как выяснилось, утонченные эльфийки проявляли к такой невоспитанности потрясающую терпимость.
