Патронов для «Экзекутора» осталось всего шесть, а локос, окруживших храм Огненной Птицы, было более трех десятков. Но для них у меня имелось еще кое-что. По дороге сюда я наткнулся на два растерзанных скитальческих трупа и самым бесстыдным образом обобрал их, разжившись парой неплохих револьверов. Револьверные барабаны были пусты — погибшие скитальцы отстреливались до последнего патрона, но, видимо, напиравшие отовсюду оседлые просто не дали отважным парням перезарядить оружие. За мной пока никто не гнался, и потому я без спешки забил револьверные каморы патронами, извлеченными из патронташей убитых. Оставшиеся патроны рассыпал по карманам сюртука. Я не сомневался, что, угодив в подобную плачевную ситуацию, обрету столь же бесславный конец, как и эти несчастные.
И угодил… Пока я пробирался к месту встречи по просекам и оврагам, до последнего надеялся, что раз точки «Феникс» перестали воскрешать игроков, локос волей-неволей надоест отираться у иссякшего источника вражьих сил и они направятся ловить уцелевших скитальцев в более густонаселенные районы. Как выяснилось, зря надеялся. Превратившись за минувшие дни в абсолютно бесстрастные машины для убийств, оседлые упорно не снимали отныне бесполезное оцепление. Стволы их оружия были все еще нацелены в центр храма Огненной Птицы, а у кого не имелось винтовок и пистолетов, держали наготове сабли, тесаки и прочий колюще-режущий инструмент.
Опасаясь выходить на опушку, я пока отсиживался в лесу. У меня еще было в запасе время — мне так не терпелось добраться до места встречи с сестрой, что я прибежал к точке «Феникс» гораздо раньше намеченного срока. Спешка снова вымотала мои силы, не до конца восстановленные после столичной погони, однако подарила лишних полчаса на обдумывание тактики предстоящего боя.
