Когда закончили работу, бабка опустилась на лавочку, сцепила в замок руку и по обыкновению зашептала себе под нос. Она молилась. Потом докладывала погибшему сыну и невестке последние новости. Часто рассказывала про Наташу. Иногда жаловалась, но чаще говорила о хорошем. Не хотела беспокоить и волновать. «Им там хорошо. Вот и пусть отдыхают, зачем им наша суета», – вздыхала она. Наташа с родителями не разговаривала. Сначала из упрямства и обиды. Как могли они оставить её с бабушкой, не взять с собой в отпуск, а потом ещё и погибнуть? Она злилась, хотя и понимала, что нелепо обижаться на мёртвых. Сейчас обида прошла, но разговаривать с ними по-прежнему не хотелось. Родители всё отдалялись. Она и лица-то их вспоминала будто сквозь дымку. Мамин и папин голоса на видео теперь казались чужими, как подменили. Наташа даже пожаловалась на это бабушке, думая, что та рассердится или расстроится. Но она только сказала: «Живи, Натусичка, и радуйся, у тебя всё впереди. Мёртвое – мёртвым, живое – живым. Это мне горемычной их поминать неустанно. Я уж и сама одной ногой там».
Наташа оставила бабку молиться, а сама, подхватив мешок с мусором, пошла по рядам к выходу c кладбища. Она всё размышляла над словами «живое – живым». Так задумалась, что не заметила голубя под ногами. Тот склёвывал раскрошенное на дорожке печенье. Он испуганно вспорхнул, но не улетел далеко, а уселся на гранитный памятник в соседнем ряду. Наташа подошла поближе, узнать, кто там похоронен. На свежей могиле пестрели ещё яркие венки. Живые пенистые астры в пластмассовой вазе стояли на постаменте рядом с миской кутьи и жестяной банкой со слоном. На выгравированном в камне портрете знакомое лицо, от которого до сих пор дрожит под ложечкой.
– Ну вот я и пришла, – выдохнула Наташа, чувствуя, как наливаются тяжестью ноги, а язык становится неповоротливым, во рту вяжет. – Всё как ты говорил: повзрослела и пришла сама.
Астры, гвоздики, гладиолусы, георгины – Вера выбирала букет.
– Ты реально хочешь пойти с цветами на линейку? – усмехнулся Макс.
Вера кивнула. Она подала сложенную купюру старушке-цветочнице. Та спрятала деньги в поясную сумку и вынула из эмалированного ведра три гладиолуса, на которые указала Вера.
– Как первоклашки, – не унимался Макс.
– Вот взял бы и подарил девочке цветы, – подтрунила старуха, заворачивая гладиолусы в пёстрый целлофан.
– А я вас не спросил, – Макс сунул руки в карманы и недовольный зашагал к школе.
Вера приняла букет и поспешила следом. Макс остановился, подождал её:
– На уроках я за тебя отвечать буду?
Вера с энтузиазмом затрясла головой. Макс хмыкнул и заправил ей за ухо слегка растрепавшиеся волосы.
– Пошли, – выдохнул он обречённо и протянул ей руку.
Школьная линейка уже началась. Директриса поздравляла с Днём знаний и рассказывала, что только первого сентября в городе можно встретить столько нарядных, счастливых людей. Вера и Макс протиснулись к своим, несколько минут постояли, послушали речь.
– Ерунда какая-то, – шепнул Макс Вере на ухо. – Она каждый год одно и то же бубнит. Хоть бы что-то новое придумала.
Вера кивнула.
– Давай уйдём? – не дожидаясь ответа, Макс потянул Веру за собой.
Острые веточки гладиолусов запрыгали в толпе и скрылись за углом школы.
– Куда теперь? – спросил Макс. – Можно сгонять в парк на карусели. Там скоро все наши будут. Или в кафе.
Вера помотала головой. Она постояла немного, задумчиво разглядывая розовые цветки, а потом решительно направилась во двор их спального района.
Воронку от взрыва разровняли, сверху присыпали гравием. Лом, оставшийся от детского городка, вывезли ещё не полностью. Покорёженная горка так и осталась лежать на боку. На ней сидели Ира и Наташа. Когда Макс и Вера подошли, девчонки подвинулись, освобождая место рядом.
– Поедешь? – спросила Наташа Иру.
Та кивнула:
– На осенние каникулы. Тётя уже прислала билеты. Говорит, в Праге осенью тоже очень красиво и теплее, чем у нас.
Вера опустилась на корточки возле заплатанной гравием земли и положила сверху букет гладиолусов рядом с другими цветами. Потом подсела к девчонкам, поджав, как они, ноги.
– Там Леська, – сказал Макс, кивая в сторону подъезда в доме напротив.
Девчонки разом оглянулись.
– Лесь, иди к нам! – неожиданно крикнула Вера замершей в нерешительности подруге. И вся компания призывно замахала ей.
Группа автора В Контакте https://vk.com/elena.gusareva
