– Помнишь того мальчишку с вечеринки? – тихо произношу, до сих пор избегая смотреть подруге в глаза. – Я с ним переспала. – Ты серьезно? – она начинает озираться по сторонам. Убеждается, что разговор не сможет услышать мой муж. – Да. – с горечью признаюсь. – Твоя теория работает прямо пропорционально… Подозревая мужа в изменах, я сама не заметила, как от обиды переступила черту супружеской верности. Можно было бы считать нас квитами, если бы сегодня я не узнала, как сильно ошибалась в своих подозрениях… Мой муж верен мне. А вот я теперь не достойна носить звание «идеальной жены».
- Мне кажется, он мне изменяет. – я опираюсь спиной о холодильник и выжидающе смотрю на подругу.
Она неспешно поднимает на меня взгляд, отрывая его от кружевных чулок, которые в данный момент подтягивает на стройной ноге, искусно поставив ее на дизайнерский табурет.
- С кем? Со своей секретаршей? – не скрывает нотки сарказма в голосе. Я недовольно закатываю глаза.
- Личной помощницей. – огрызаюсь со злостью. Открываю чужой холодильник и уверенно вытаскиваю оттуда бутылку мартини и банку оливок. Затем лезу в шкаф за фужерами. – Секретаршами их сейчас уже никто не называет.
Люба хмыкает.
- Дорогая, - подруга подходит ко мне и забирает блестящие фужеры из рук. – не важно, как они называются. Если они спят с женатым начальником – то они проститутки. – Она иронично ухмыляется, и разбавляет свое предположение уверенным кивком головы. – С чего ты это взяла, кстати?
Должно быть, с того, что муж до позднего вечера пропадает на работе в ее компании. Что через слово вставляет ее имя. А мне иногда кажется, что эта молодая выскочка ему и вовсе важнее меня.
Но подруге я отвечаю иначе:
- Я вчера выписку из банка смотрела. На днях там прописана крупная покупка из ювелирного магазина.
Девушка прищурила лисий взгляд, и разлив мартини по двум бокалам, один из них осушила почти залпом.
- И что? – огрубевшим голосом переспросила, закусывая оливкой.
- И то, что мне он никаких ювелирных украшений не дарил. Последнее было полгода назад. На десятилетие брака.
Подруга пожимает загорелыми плечами, мол «Это еще вовсе не доказательство». И, тщательно прожевав оливку, переключает свое внимание на пару брендовых платьев, лежащих на кухонном диване в углу.
- Какое? – строго спрашивает.
- Белое. – отвечаю без раздумий. Моему вкусу в одежде она доверять привыкла. А я сейчас искренне полагаю, что ее безупречную фигуру и лоск блеска кожи способен выгодно подчеркнуть только этот цвет.
Люба кивает и облачается в короткое платье с открытой спиной. Вопросительно смотрит.
- Отлично. – одобряю, делая первый глоток сухого мартини.
- Слушай, может быть эта покупка – твой подарок на юбилей?
- Я тоже об этом подумала. Но он же прекрасно знает, что украшения, одежду и парфюм я всегда выбираю сама. Даже те, что он когда-то дарил – сначала со мной согласовывал.
- Что он вообще тебе в таком случае должен дарить? – дружелюбно усмехнулась подруга, поддевая меня. – Подумаешь, может, сюрприз хочет сделать.
Я беру секунду на размышления.
- Мог бы купить путевку на отдых для всей семьи. Сертификат. Да деньгами отдать в конце то концов. Я же не претендую на эксклюзивный сюрприз.
Девушка вздыхает и наливает еще бокал. А затем по-свойски забрасывает руку мне на плечо.
- Мирр, - добавив строгости голосу, произносит. – Тебе тридцать через несколько дней. Но ты только взгляни на себя. Любой двадцатилетней фору дашь! Да на тебя ж мужики шеи сворачивают. Ревность деструктивное чувство. Его надо искоренять. Приди и прямо спроси: изменяешь? Что голову то ломать?!
Опускаю взгляд в пол.
- Что тут спрашивать… Я почти уверена…
- Ну тогда на развод подавай. Ты же все равно такое простить не способна. – раздраженно ведет плечами подруга.
- У нас дочь. – давлю жестким голосом я. – Я теперь не могу только своими эмоциями руководствоваться.
- Машка не маленькая уже. – Люба осуждающе вскидывает брови и уверенно смотрит в глаза. – А вырастет – точно поймет. Брак только ради ребёнка, это та еще каторга. Да что я тебе объясняю, как школьнице?!
Я испускаю тяжелый вздох и сажусь за кухонный стол. Ставлю бокал прямо перед собой и начинаю задумчиво гипнотизировать его взглядом.
- Не хочу я ничего рушить. У меня же идеальная жизнь. Думаешь так легко от нее теперь отказаться? Бросить все и начать вдруг с нуля? Я столько лет ее строила.
Девушка сжалилась. Выключила непреклонно – стервозный характер и села напротив. Посмотрела сочувствующе.
- Мирра, я тебя понимаю. – примирительно изрекла и дотронулась до моей руки, лежащей на дорогой мраморной столешнице из натурального камня. – Как мне тебе помочь?
Я усмехаюсь в ответ.
- Да никак, Люб. Просто, выговориться хотелось. – улыбаюсь, и следуя примеру подруги – осушаю бокал до дна.
Она внимательно за мной наблюдает и начинает смеяться, раскрашивая настроение этого вечера в радостные цвета.
- Вот это по нашему! – весело изрекает. – Вообще не заморачивайся по этому поводу! Посмотри на себя! Молодая! Красивая! Успешная! Любой мужик о такой мечтает! Твой Богдан многое потеряет, если упустит такую девушку!
Я улыбаюсь и теперь уже искренне.
- Ну же! – взывает подруга. – Давай! Мы сегодня планировали оторваться, а не тухнуть из-за мужиков! Переключайся! – изображает на лице искреннее непонимание от чего я такая загруженная.
