Очень скоро по обрывкам разговоров Сильвина смогла убедиться в том, что они близки к цели путешествия. Эта новость неожиданно воодушевила. Ей все еще казалось страшно несправедливым то, как с ней обошлись Астеры, но теперь она осознала, что истериками горю не поможешь. Когда они приедут в Анемополис, она расспросит графа о том, как разделаться с долгом, а потом постарается скорее вернуться домой. Кажется, ее смирение не осталось незамеченным. Когда во время очередной стоянки Сильвина выбиралась из кареты, на нее никто не обращал внимания. Впрочем, что она могла учудить?
Они все еще двигались вдоль болот. В канун весеннего равноденствия стоянка затянулась дольше обычного, караванщики устроили настоящий лагерь. Все были заняты делом: поили и чистили животных, проверяли колеса или готовили в походных котелках. Сам граф Астер с хмурым видом беседовал с оружейником. А вот Кирана нигде не было видно. Сильвина уже порядком устала от одиночества, но навязывать свое общество никому не хотела, поэтому решила прогуляться.
Поначалу она побаивалась наткнуться на змею, но ей навстречу не выбегали даже самые безобидные животные. Тоскливое место. Редкие деревья словно чахли здесь, хотя Сильвине удалось собрать горсть желтых диких слив, которые оказались непривычно горькими.
Спустя полчаса Сильвина осознала, что далеко ушла от лагеря, однако до нее все еще доносились отдельные выкрики. Поэтому когда лес вдруг окутала мертвая тишина, Сильвина мгновенно ощутила перемену. Она порывисто оглянулась, едва не споткнулась, и сливы выскользнули из ее ладони и рассыпались по земле.
Скованная ужасным предчувствием, Сильвина затаила дыхание, словно это могло прогнать морок. Серая дымка клубилась вокруг, воздух жалобно дрожал, и над замершей землей пронесся звук, которого Сильвина боялась больше всего на свете.
Первая трель словно вернула Сильвину в прошлое. Мертвое лицо матери промелькнуло в ее сознании. Этот образ и помог справиться с оцепенением. Сильвина метнулась к ближайшему дереву, в надежде укрыться под его ветвями. Она коротко дышала, а сердце заходилось от боли.
Вслед за вторым криком пришла тень. Сильвина зажмурилась, чтобы не видеть, как над ней пролетает птица-горевестница, пророчица несчастий, способная закрыть крыльями солнце.
Третий крик прозвучал далеким эхом. Птица парила высоко над лесом, а Сильвина все еще дрожала. Когда она смогла снова двигаться, побежала к лагерю не разбирая дороги.
Она уже слышала ржание лошадей и треск костров, когда впереди меж деревьев мелькнул знакомый вишневый плащ. Ее затопило облегчение, и она была готова броситься вперед, чтобы попросить – чего? Защиты? Утешения? Этого Сильвина не знала, но и долго думать ей не пришлось. Киран был не один: он уткнулся лицом в вырез рыжеволосой певицы в цветастом платье. Это зрелище заставило Сильвину замереть, точно ее сразила шальная стрела.
Гнев полыхнул в ней неожиданно, но вытеснил и страх, и растерянность, и чувство жалкого одиночества. Сильвина выразительно хмыкнула, развернулась и пошла к лагерю кружным путем.
Когда она вернулась на место стоянки, Киран, этот мерзкий и не заслуживающий доверия распутник, уже был там и выглядел как обычно. Разряженной певички поблизости не наблюдалось, что несказанно порадовало Сильвину. Киран развлекал себя изучением тканей и нарядов, которые ему демонстрировал странствующий купец, устроивший прилавок прямо на телеге. Граф Астер стоял рядом и пытался что-то втолковать брату. Сделав вид, что просто прогуливается, Сильвина подошла ближе и навострила уши.
– Я просто хочу, чтобы все устроилось к приезду Леды, – отрывисто говорил граф Астер. – Все эти инциденты скажутся на нашей репутации.
Киран на вытянутых руках поднял желтое в горошек платье, поморщился и вернул его купцу.
– Леда и впрямь так хороша? Почему все так носятся с ней?
– Ее называют гением не за красивые глаза. Увидишь, она потеснит своего брата и возглавит дом Ладаров.
– Я слышал, что ее брат тот еще сучий хвост.
– Киран, не надо вмешиваться…
Граф осекся, когда заметил, что Сильвина маячит неподалеку. Он холодно полувопросительно взглянул на нее, и Киран, уловивший перемену в поведении брата, повернул голову. Его глаза чуть сузились.
– Сильвина, с возвращением, – с обманчивым дружелюбием сказал он. – Как прогулялась?
– Даже она не настолько глупа, чтобы попытаться сбежать, – холодно сказал граф Астер. – Заплутала бы в топях и сгинула.
– И вы избавились бы от проблемы, – заметила Сильвина.
– Действительно. Какая жалость, что обошлось.
Подобный ответ заставил ее нахмуриться, однако, как выяснилось, ядовитые слова графа Астера еще меньше понравились его брату.
– Не говори с ней так, – недовольно сказал Киран. – Что ты вечно ко всем цепляешься?
В ожидании гневной вспышки Сильвина покосилась на графа, но тот лишь закатил глаза. Ну и ну. Видимо, уважением к старшим, даже к главе своего дома, Киран не наделен.
Не получив от графа Астера ответа, Киран снова заговорил с купцом.
– А красное есть?
