Пистолет выстрелил в пустоту, никто не пострадал, но Кеша чувствовал себя так, как будто убил или ранил человека. Ствол у него, это само по себе преступление, если вдруг менты повяжут, наказания не избежать. Впрочем, он и без того под статьей. И без того в розыске. И к этому нужно привыкать. Пока что получалось плохо. Или хорошо, если он рискнул отправиться на Рижский рынок — за оружием.
Он знал, к кому обратиться, поэтому по рынку не плутал, перед пацанами не светился. Договорился с Волыной, пистолет у него, осталось только отдать деньги. Их Вася взял в промзоне между гаражом и дворовой бойлерной.
— Это, конечно, не мое дело, — сунув деньги в карман, начал Волына. — Но зачем тебе ствол?
— Статья на мне, рву когти! — Кеша сурово глянул на него.
О таких делах не принято спрашивать, а если вопрос прозвучал, значит, об ответе рано или поздно узнают менты. Или братва. Тот же Феликс может узнать. И принять меры, если почувствует для себя опасность. Вдруг Кеша хочет отомстить ему за подставу?.. А он хочет! Кеша должен спросить с подлеца! И за себя спросить, и за Агнию. Нельзя оставлять Феликса в живых.
— А ствол зачем?
— А чтобы таких любопытных гасить!
Кеша пробил «солнышко», Вася и в поясе сложился, и на корточки присел. А когда разогнулся, Кеша был уже далеко.
Город он покидал на такси. Куда ехать, толком не знал. Вчера вечером влез в пустующую дачу, развел огонь, согрелся, даже воды вскипятил, чаю попил. Утром позавтракал, съел хлеб с тушенкой и в Москву, за волыной. На дачу лучше не соваться, вдруг хозяева подъехали, обнаружили взлом, вызвали милицию. Лучше новый дом «снять». Вокруг Москвы полно дачных поселков, январь — мертвый сезон, холодно только, но Кеша не ленивый, согреется. И с едой у него пока без проблем. Сумка под рукой, там чай, хлеб, консервы… А можно сразу ехать в Люберцы, Феликса мочить. Но Кеша хотел бы еще раз проверить пистолет, вдруг патроны в нем нерабочие, всякое ведь может быть.
Сразу за кольцевой «Волгу» подрезала синяя «четверка». И остановилась. Таксист едва не въехал в нее.
— Твою мать! — ударив по тормозам, выругался он.
Из машины выскочили двое, Кеша и понять ничего не успел, как с его стороны открылась дверь. Он успел вытащить пистолет, но только для того, чтобы сбросить ствол. Налетчики больше напоминали уличных бойцов, чем переодетых ментов, но пистолет в этой ситуации все равно лишний. Одного он, может, и убьет, но из «четверки» выходил еще и водитель. Такой же здоровый и резкий, как и остальные.
— А это нам! — Одной рукой громила схватил Кешу за руку, другой вырвал пистолет.
Кеша опустил руки, позволил вытащить себя из машины, качок расслабился и поплатился за это. Сильный удар срединной костью ступни заставил его разжать руки. Кеша и пистолет смог выхватить, и сам вырвался, но водитель успел ударить его ногой в спину. Причем с прыжка и очень мощно.
Кеша упал, его схватили, потащили к машине, возле которой стоял четвертый налетчик. С очень знакомой физиономией. Долгопрудненский Кирюха смотрел на него сурово, как будто не узнал. Или не собирался узнавать.
Кешу обыскали, забрали деньги, запихнули в машину, один сел справа, другой слева, Кирюха вернулся на переднее кресло рядом с водительским.
— Как зовут? — спросил громила слева.
Машина узкая, втроем на заднем сиденье тесно, Кешу будто тисками сжало. А еще в левый бок с силой ткнулся твердый как камень локоть.
— Кеша, — глянув на Кирюху, ответил он.
Но тот и ухом не повел.
— Любер?
— Ну-у…
— Ствол зачем у Волыны взял? — считая отобранные деньги, спросил долгопрудненский.
— Так в бегах я, думал на Кавказ уйти, а как там без оружия?
— А в бегах чего? — наконец-то заговорил Кирюха.
— Ну так пацана одного завалили, мне шьют. Менты нож дома нашли.
— Этим ножом завалили?
— Ну вы же не мусора, нет?
— А ты чего такой борзый? — На этот раз Кеша получил в бок справа.
Сильно ударили, в печень, Кеша скривился от боли.
— Я знаю, ты из кодлы Феликса, — сказал Кирюха.
— Ну, может, и кодла, — пожал плечами Кеша.
Если у Феликса кодла, то без него. С ним команда была, а без него да, кодла. Потому что Феликс козел штопаный.
— Что там Феликс задумал? Зачем ты ствол взял?
— Я же сказал, в бегах я, убийство Коли Кирпича мне шьют. Уходить собираюсь, в теплые края.
— С волыной? От ментов отстреливаться?
— Живым не сдамся!
— Живым от нас не уйдешь, — фыркнул бугай справа.
— Я все сказал, — буркнул Кеша.
Умирать, конечно, не хотелось, но от судьбы не уйдешь. Тем более что молить о пощаде бесполезно. Если решили завалить, значит, так и будет.
— Кого Феликс хочет завалить? — спросил Кирюха.
— Я же говорю, Феликс не при делах, я ствол для себя брал.
— Кто такой Коля Кирпич?
— Был такой пацан… С моей сестрой встречался.
— И ты его завалил?
— Коля сестру обидел. Случайно… Ну и я случайно.
Кеша решил не открещиваться от убийства. В конце концов, он не с ментами дело имел.
— За сестру спросил?
— Да это на личном фронте война, вам это неинтересно.
— Ну да, личный фронт, — в раздумье усмехнулся Кирюха. — Что-то знакомое.
