Когда мы вернулись на кухню, из другой двери появился Шив. Отойдя в сторону, он пропустил вперед Ливак, и она шагнула прямо в мои объятия, спрятав взъерошенную рыжую голову под мой подбородок. Я вдохнул ее запах, поцеловал ее волосы и почувствовал, как ее руки крепко обвились вокруг меня. Восхитительное ощущение ее близости было дороже сезона в объятиях Ляо Шек. Я мог бы простоять так целую вечность, если бы Шиву не нужно было подойти к плите - поставить чайник на огонь.
- Что на ужин, Шив? - Ливак заглянула в корзину с овощами, водруженную на выскобленный стол.
Выяснилось, что это будет крепкая похлебка; она сейчас медленно кипела в чугунке, стоявшем в очаге на тагане, и только ждала, когда ее заправят. Шив снял пену и положил в бульон мозг из костей, а мы втроем чистили и резали овощи.
Поймав задумчивый взгляд Ливак, я вопросительно поднял брови.
- Ты собираешься оставить бороду? - Она чуть улыбнулась.
- А тебе она нравится?
Я надеялся, что она скажет "нет". Ливак склонила голову набок.
- Ты определенно выглядишь иначе, но...
Для меня этого было довольно.
- Шив, у тебя не найдется лишней бритвы?
Маг засмеялся.
- Конечно, найдется, но я бы на твоем месте немного обождал. Если сбреешь бороду в разгар лета, да еще после того, как пробыл столько времени в Архипелаге, то будешь ходить с пегим лицом. И подбородок может обгореть на солнце. Уж поверь моему опыту!
Перид вскинул голову. Его воображение художника мгновенно воссоздало эту картину.
- Когда ты носил бороду? - спросил он.
- Вскоре после приезда в Хадрумал. Надеялся, что она придаст мне солидности и заставит старших магов относиться ко мне серьезнее.
- Не сработало? - Ливак озорно улыбнулась.
- Нет. - Шив скорбно покачал головой. - Единственное, что впечатляет главных магов, - это то, как ты управляешь своей стихией.
Вскоре мы принялись за ужин. Чем бы ни занимались тут маги, кто-то более практичный выращивал на Хадрумале прекрасную говядину, а незнакомое мне вино было столь отменным, что ассоциировалось у меня с пирами и праздниками. Но лучше всего было то, что мы весь ужин болтали о разных пустяках, но ни слова о Планире, колдовских снах или погибших колониях. Мне даже показалось, будто моя жизнь снова стала обычной.
Когда Шив наконец поднялся, чтобы отнести тарелки в раковину, Перид выглянул в темное окно.
- Уже поздно, Ливак, может, останешься здесь? Какой тебе смысл возвращаться в Зал? Хэлис давно спит, если она опять такая же уставшая, как после того последнего сеанса с этими солуранами, долбящими ее ногу. Ну так что - я стелю тебе в мансарде или вам хватит одной постели в задней спальне?
Я впервые услышал в его тоне лукавую нотку и посмотрел на Ливак. Она прятала улыбку, уткнувшись в кубок с вином.
- Хватит одной, я бы не хотела доставлять вам слишком много хлопот.
- Тогда вымойте посуду.
Шив бросил мне посудную тряпку и вместе с Перидом скрылся наверху.
Ливак тут же завладела полотенцем.
- Ты моешь, я буду вытирать.
- Ну, спасибо, - сухо ответил я, прежде чем снять с огня чайник. Залив кипятком глиняные сосуды, я заморгал над паром. - Кажется, вы с Перидом хорошо ладите.
- Ладим. Хэлис он тоже нравится.
- Как она? - запоздало поинтересовался я.
- Лучше, - выразительно кивнула Ливак. - Намного лучше.
- Значит, Шив сдержал слово.
Я порадовался за Хэлис - хоть кому-то будет польза от всего этого дела, - но в глубине души из чисто эгоистических соображений возликовал, что Ливак освободится от обузы.
- У него не было другого выбора, - засмеялась она, чем-то очень довольная.
- Как это? - Заинтригованный, я прервал работу и посмотрел на нее.
- Видишь ли, был один архив, который Планир безумно хотел заполучить, - весело сказала Ливак.
- Из усыпальницы Аримелин?
- Точно. А лорд Финвар, седой старикан, владелец архива, ни за что не хотел его отдавать. Он вбил в свою пустую башку, что маги с их естественными науками - всего в одном шаге от рационализма, и не собирался передавать священные тексты этим нечестивцам, дабы не навлечь на себя гнев оскорбленной богини. - У Ливак озорно заблестели глаза.
- И что заставило его передумать? - Теперь я и сам улыбался.
- Ты не поверишь, но в его доме начали происходить чудеса. - Ливак в притворном недоумении покачала головой. - Старик просыпался и обнаруживал, что, пока он спал, вещи в его спальне передвинулись. Каждый день он находил древний комплект рун, разложенный на конторке в его кабинете, с тайным, по его убеждению, посланием. Все слуги были допрошены, и, конечно, первыми, на кого пало подозрение, были Шив и Вилтред, но капитан Стражи не спускал с них глаз, поэтому они не могли быть виновны.
- Ну конечно! - торжественно вскрикнул я. - Так что, в конце концов, убедило его?
- Однажды он проснулся и увидел свои руны рождения, разложенные посреди пола. А спал он в верхней спальне с одним-единственным, к тому же неприступным окном.
- Неприступным? - не сдержал я смешок.
- Ага. - Ливак задрала рукав, чтобы осмотреть длинную царапину, уже заживающую. - Неприступным да еще страшно узким.
