- Какой они веры?
- Не знаю, не спрашивал. Наверное, эти... православные, они ведь там все в России православные.
- Не все. Там мусульман много, да и другие есть. Даже протестанты, как я.
- Ох, да я не знаю, отче, мы не разговаривали про это и я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь из них хоть как-нибудь молился.
- Хорошо, тогда мы похороним их по нашим обычаям. Тем более, что кроме меня других священников всё равно нет.
- Да, наверное, так будет правильно.
- Как ты собираешься жить дальше, парень?
Макс щёлкнул тяжёлым браслетом на запястье. Вытянул руку, покрутил кистью, разглядывая часы. А потом спросил негромко:
- Отец Пиви, что мне нужно сделать для того, чтобы заслужить право надеть Серую Шляпу?..
* * *
Какой-то мальчишка лет шести-семи бежал по заваленной обломками бетона и битым кирпичом улице и истошно, безудержно, как-то безумно орал:
- Нааашии!! Нааашии!! Нааашии!! Нааашии!!!
Макс даже подумал, что мальчишка тронулся умом, так страшно тот кричал. Однако, от этого крика тут и там из каких-то дыр, нор, подвалов, начали выползать люди. Их было мало, гораздо меньше, чем мёртвых, но они были! А мертвецы... они наполняли весь город. Сначала Макс даже подумал, что федералы убили в городе всех. Вообще всех, даже собак, так как раза три видел подвешенные за шею собачьи трупы. Это кем же надо быть, чтобы убивать даже собак?!
Но после воплей этого мальчишки город как бы очнулся от летаргического сна, город стал оживать. Живые люди тут были, были! Не зря, ой как не зря они штурмовали его. Конечно, армия Конфедерации могла и обойти город, блокировав его относительно небольшими силами и предоставив федералам и бандитам самим со временем передохнуть с голода. Только тогда... тогда ведь все эти люди, большинство из которых были женщинами и детьми, все они тоже наверняка обрекались бы на смерть. Нет, командиры были правы. Штурм оправдан! Да, во время штурма погибла и существенная часть гражданского населения. Но именно часть, пусть и существенная. Блокада бы убила всех, совсем всех!
- Мистер! - раздался за спиной Макса мальчишеский голос. - Мистер!
- Чего тебе? - обернулся Макс. Мальчишка лет шести вздрогнул, дёрнулся, чтобы убежать, даже сделал пару шагов назад, но потом взгляд его упал на Серую Шляпу на голове Макса. Мальчишка нерешительно остановился. Зацепился взглядом за шеврон с гербом КША на рукаве, посмотрел на значок отряда "Аллигаторов Флориды" и сказал:
- Эээ... Вы из наших, мистер?
- Зависит от того, кто для тебя "наши".
- Ну, Вы "серый"?
- Да, "серый". Разве не заметно? - Макс тронул рукой шляпу на голове.
- Простите, мистер. Я... я хотел попросить помощи.
- А в чём дело?
- Понимаете, мистер, вон там, в этом доме, там... там Тощий спрятался, я сам видел!
- Тощий? Какой тощий? Ты о чём?
- Ну, Тощий же, мистер! Он там!
- А кто это?
- Вы не знаете? Это из федералов, только он не военный, он гражданский. Какая-то шишка из этой... из соцзащиты.
- Ну и что?
- Мистер, он тут у нас детей собирал, говорил, что они учиться поедут, в приют пойдут, там хорошо, мол, там безопасно и кормят хорошо... У него даже специальная организация сбором детей занималась, называлась она "Расправить крылья".
- И?
- Он брата моего забрал, Макса, - в этом месте Макс мысленно вздрогнул.
- Отправил в приют?
- Не знаю. Правда, не знаю. Но тех, кого он забирал, никто и никогда больше не видел. А из этой его "Расправить крылья" ночью такие крики ужасные доносились, там рядом с ней находиться страшно было. А однажды... я однажды слышал, как наш Макс кричал. Так кричал, что... мистер, я не знаю, люди так не кричат. Но это точно Макс кричал, я узнал его. Я... - мальчишка помедлил и сказал со всхлипом: - Я испугался пойти помочь.
- Та-а-ак...
- Это здесь, мистер, я покажу, идите за мной, Тощий залез ночью туда, думал, все спят. Но я писать ходил и всё видел. Он тут, мистер, он тут!..
...Макс пинком распахнул очередную дверь и, выставив перед собой ствол винтовки, осторожно заглянул внутрь комнаты. Белый мужчина в когда-то, наверное, красивом и дорогом, а теперь в грязном и рваном сером костюме сидел в углу на полу, сжавшись в комок. Макс окинул комнату внимательным взглядом.
На грязном столе какие-то вещи: одноразовые упаковки еды быстрого приготовления, грязная жестяная кружка, банка из-под пива, ложка.
А на подоконнике - цифровой фотоаппарат.
Макс уже хотел было скомандовать мужчине подняться на ноги и идти за ним, как краем глаза заметил выражение, проступившее на лице мужчины, когда тот увидел, что Макс посмотрел его фотоаппарат. Ужас и отчаяние - вот что было в том взгляде.
Фотоаппарат? Чего он так боится-то? И что там?
