...Глядеть особо оказалось не на что. У входа на улицу в задней комнате пахло взрывчаткой и дымом, лежал поломанный взрывом труп, кровавые следы вели наружу. Уилф выглянул осторожно - в конце улицы убегали двое, ещё один, тоскливо вопя и с ужасом оглядываясь, хромал следом. Увидев Уилфа, он заорал вообще безумно, заметался, и из-за него Уилф не попал в двух других убегавших, а добил этого придурка. Плюнув, вернулся в дом, по пути поднял было с убитого в комнате М16, но она оказалась повреждена взрывом, и Уилф ограничился магазинами, а имевшуюся у негра гранату приспособил как ещё одну растяжку.
- Двое готовы, - сообщил он, сидя на корточках и задвигая за собой засов. - Но они оттуда ещё точно полезут. Неудачное у нас место для обороны.
- Они опять стрелять перестали, - сказал Сэм. - Ползают что-то, почти не показываются... Можно я попью? - он кивнул на кран за стойкой.
- И умойся, если там вода есть, - кивнул Уилф. - Да, и нам там налей. Тоже охота пить...
Их фляжки - по закону подлости - конечно же, остались на мотоциклах. Пока Сэм возился, что-то сердито бормоча, у стойки, Уилф встал между окнами и посмотрел на Ника - тот внимательно наблюдал за улицей. Уилф облизнул губы, посвистел для пробы, потом - высвистел мелодию и негромко замурлыкал:
- Мятежником решил я оканчивать войну,
И сыт по горло сказкой про "вольную страну"!
Хоть горечь пораженья мучительно терпеть,
Свой путь я выбрал верно - мне не о чем жалеть.
Долой республиканский общественный уклад,
Их синие мундиры и их цветных солдат,
Шутовскую браваду их гнусного орла
И лживых проходимцев, чума б их забрала!
Мне ненавистны янки и все дела их рук!
Своей страны им мало - позарились на Юг.
Во славу их союза не сохнет кровь южан,
А полосы по флагу текут из наших ран.
Три года я сражался за генерала Ли.
Ранения и голод в пути меня ждали.
Я нажил ревматизм, ночуя на снегу.
И янки - те, кто выжил - передо мной в долгу.
Мы храбро воевали - так долго, как могли.
И триста тысяч янки легли костьми в пыли
От южной лихорадки, от стали и свинца.
Дай бог им всем дождаться такого же конца!
Хоть нам и приказали оружие сложить,
От этого не стану сильнее их любить.
Ни капли не жалею о том, кем стал и был.
Меня не переделать - пустая трата сил!
Солдат или мятежник, я буду воевать.
На их "страну свободы" мне глубоко плевать!
Я рад, что дрался с янки - жаль, их не одолеть...
А больше в этой жизни мне не о чем жалеть... Нет, не так! - оспорил сам себя Уилф и заговорил дальше:
- Вот так я понял, что есть Юг и что есть честь и вера.
Вот так я понял: болтовня о равенстве - химера.
Не равен скот - и человек, садист-палач - и мститель!
О братстве, мире и любви мне больше не твердите!
Я серой шляпою горжусь - мятежнику пристало!
И скальпов вражьих в рюкзаке ношу уже немало.
По десять - то за мать с отцом, и за друзей ещё,
А за братишку мой пока не кончился расчёт.
Добьём последних - правда, друг?! - наступит время мира!
На добрый Юг, прекрасный Юг вернётся время мира!
- Это ты сочинил? - спросил Ник, не сводя глаз с улицы. Уилф молча кивнул, принял от Сэма большой пивной бокал с чистой холодной водой. - Хорошо получилось. Запиши где-нибудь, чтобы потом, может, нашли.
- На стенке запишу, - согласился Уилф и на самом деле начал царапать "армагеддоном" по стене. Сэм переводил взгляд с одного старшего на другого. Лоб у мальчишки был рассечён, то ли пулей, то ли о камни - но кровь уже не шла, запеклась.
- Вы чего? - спросил он удивлённо. - Мы вывернемся. Или наши на стрельбу подъедут, или... или ещё что.
- Конечно, вывернемся, - неожиданно ласково ответил Ник. - Это мы так... чтобы не забыть. Стихи хорошие.
- Ага, - согласился Сэм и показал старшим большую шоколадку: - Вот я нашёл ещё...
- А это потом, - Ник лёг удобней. - Идут...
...Седьмую атаку они отбили часа через два. К этому времени на улице лежало до полусотни тел - и её финал ознаменовался тем, что у Ника кончились патроны.
- Держи, - Уилф уделил ему половину того, что оставалось в его последнем барабане - двадцать одну штуку. - Я теперь понял, чего ты такой запасливый - ты их жжёшь, как спички.
- Зато у меня ещё три штуки к подствольнику есть, - похвастался Ник. - Сэм, а у тебя что?
Сэм показал два магазина - уже не его, а трофейные, принесённые Уилфом:
- Во. Полные.
- Итого почти ничего плюс восемь ручных гранат и пистолеты-револьверы-ножи, - задумчиво сказал Уилф. На его голос откликнулся короткий хлопок - и мина взорвалась где-то за домом. Мальчишки переглянулись молча. Вторая мина разорвалась там же. Третьей не последовало.
- Прицел корректируют, наверное, учебник математики нашли, - Уифл почесал нос. - Или это уже настоящие федералы... - он посмотрел на Сэма, на Ника и усмехнулся. - Ещё парочка - и в нас точно положат. Крыше хана, а потом и нам. Отсидеться больше не выйдет.
- Так, ну, тогда, кажется, всё, - Ник деловито щёлкнул металлом, убирая подствольник и примыкая штык. - Гранатомёт жалко...
- Что в таких случаях делают русские? - ровно спросил Уилф.
